Вся правда о «Зеленом мире» Олега Бодрова

27.11.2016 13:59
автор: ecoleaks

О чем не рассказала корреспондент Радио «Свобода» Татьяна Вольтская

 

sobr2014_10

На сайте сосновоборского Зеленого Мира размещена статья внештатного корреспондента Радио «Свобода», в Санкт-Петербурге, Татьяны Вольтской — «От Белых песков – к Зеленому Миру». В ней широкими мазками описывается жизненный путь эколога, Олега Бодрова, председателя сосновоборской организации Зеленый Мир – идеального спасителя природы, бескомпромиссного антиядерщика, бескорыстного борца за экологические права граждан и примера для подражания.

Но ее статья, это своего рода скорлупа ореха, с виду хорошего и по которой сразу и не определишь о гнилом внутреннем содержании, пока орех не расколешь.

Моя оценка деятельности сосновоборской группы Зеленый Мир и ее председателя, Бодрова — конформиста и деляги, основана на личном опыте — на протяжении 10 лет, в период 1994-2004 год я был членом Зеленого Мира, хорошо знаю WhoisWhoв Зеленом Мире и особенности работы механизма этой квазиэкологической группы.

 

Низвержение экологических божков

Прозападные экологические НКО, на протяжении пары десятков лет были объектом общественного внимания, их акции широко освещались в СМИ, у руководителей НКО журналисты и телевизионщики охотно брали интервью, послушать Алексея Яблокова собиралась толпа, а поглазеть на небольшое суденышко Гринпис, причалившее к одной из набережной Санкт-Петербурга сбегался поглазеть народ даже из пригородов. Кто теперь помнит Яблокова, и где Гринпис?.. Если и есть какие-то акции зеленых или пресс-конференции, то на них присутствуют лишь два-три скучающих журналиста для дежурных строчек в СМИ.

В последнее время пресс-конференции того же Зеленого Мира посещали лишь единичные представители СМИ, НКО сами закрывают свои офисы, а некоторые руководители НКО выехали на ПМЖ за рубеж.

Пресса тоже изменила отношение к НКО — с восторженных статей на критические, а то и вообще игнорирует. И в основном информацию о делах НКО можно узнать лишь с сайтов НКО.Но подается она в выгодном свете, не правдива, а критические комментарии удаляются.

Мной уже был дан подробный анализ деятельности Санкт-Петербургской Беллоны,в материале «О Беллоне – что норвежцу здорово, то русскому смерть», на сайте Зеленый Крест  и сайте Компроматвики («Вся правда о Беллоне»).

Эта псевдогруппа самая темная лошадки среди всех НКО, действующих на Северо-западе России, и нанесшая непоправимый вред гражданским инициативам по контролю над атомной станцией в Сосновом Бору.

Так до сих пор и неясно, за какие заслуги переместился бывший «шпион» и нынешний глава Беллоны, Александр Никитин, в кресло Росатома, зато ясно одно – Никитин приложил личное участие к развалу ряда эффективных общественно значимых проектов в «атомграде» Сосновый Бор. Не ясно и другое – почему до сих пор Санкт-Петербургскую Беллону не объявляют «иностранным агентом» при наличие всех для этого оснований?..

Есть материал о деятельности партии Яблоко в Сосновом Бору спекулировавшей в «атомграде» на угрозах от ядерного комплекса при участии Беллоны– «Анализ проблем деятельности фракции Зеленая Россия и партии Яблоко», размещенный на сайте Зеленый Крест. Партия Яблоко известна наличием в своем составе грязных политиков, типа «эколога» Николая Рыбакова, занимающего важный пост в Яблоке и который в 2011 году с легкостью пошел на преступление – фальсифицировал доказательства в суде, в ответ на судебный иск о нарушении авторских прав, Беллоной, но так же легко ускользнул от ответственности. Возможно, здесь сыграли роль не только коррупция в органах МВД СПб, но и яблочные партийные связи, и связи Беллоны, в которой Рыбаков состоял в качестве исполнительного директора.

О Зеленом Мире так же есть мои критические материалы,размещенные на сайте Зеленый Крест — «300 000 серебренников за проданные экоубеждения»,  «Зеленый Мир – экологический паноптикум с кислородной подушкой»  и другие.

Псевдоорганизация Зеленый Мир– продукт деляг от экологии и демонстрация циничных технологий по оболваниванию населения угрозами экологических проблем, и превращения экологии в доходную лавочку.

В конце 2015 года Минюст признал Зеленый Мир «иностранным агентом», но фактически прекратил его деятельность в 2016 году сам глава Зеленого Мира, Бодров-  Зеленый Мир отказался функционировать как «иностранный агент», отказался регистрироваться в этом качестве, не следовал определенной процедуре сдаче отчета о деятельности организации, отнесенной к «иностранному агенту», в общем, полез в бутылку и тем самым создал себе проблемы, заработав 400 000 рублей штрафов. Теперь покоя Бодрову нет – он погряз в судах.

 

Эколог Бодров — барон Мюнхгаузен из «атомграда»

Сравнение эколога Бодрова с известным сочинителем Мюнхгаузеном не случайное – эколога и литературного персонажа объединяет одно – любовь к фантазиям.

Мюнхгаузены появляются на свет,в том числе и благодаря журналистам. По своему опыту знаю, нас мотрелся в НКОшной среде, как журналисты облекают рыбацкие байки экологов в броскую словесную упаковку и распространяют их  в миру.

Например, глава Беллоны, Александр Никитин с помощью писательницы Нины Катерли красочно описал свою жизнь в книге «Дело Никитина. Стратегия победы» (Изд. журнала «Звезда», Санкт-Петербург, 2001 год). Правда, по моему мнению, вышло всё наоборот – задумывался  героический эпос, биография в стиле «Жизнь замечательных людей», а получился голый король и его жалкий путь компромиссов и предательств, личная и малоприятная жизнь конформиста, совсем не пригодная для примера другим.

Сервильная журналистика и прозападные НКО, что сиамские близнецы. Один не может жить без другого. Там где действуют прозападные эколого-правозащитные НКО, там же кормятся и сервильные перья, их даже специально готовят. Например, на гранты Гагаринского фонда (и прочих фондов) в Беллоне действовала «школа журналистов-экологов» под руководством журналистки из «Посева», Татьяны Артёмовой – проект Беллоны из серии «по легкому срубить бабла», где студентов за $100 стипендии учили, кого хвалить, а кого надо ругать. И, те старались, так например, 26 января 2005 года, выступая с презентацией своего доклада о ЛАЭС на заседании экологического дискуссионного клуба «Последняя среда» в Санкт-Петербургском Доме Журналистов, я вызвал недовольство экологической тусовки тем, что, в пух и прах разнес экологических божков из Беллоны и Зеленого Мира и уже 31 января практикантка-журналистка Полина Печникова, из гнезда Артёмовой разместила в Интернете холуйскую статью  под названием «Атомный PR»                 (http://enwl.net.ru/spbeco/enwl/2005/01/31_02.htm)- критику в мой адрес и льстивые посылы Беллоне и Зеленому Миру. В ней она обвинила меня в неблагодарности к Беллоне… «за ее поддержку»… и в том, что «вечер», который у нее «начался тепло и душевно» я испортил ей своей агрессивностью по отношению к уважаемым организациям… И это при том, что уже всем было известно — Беллона дело «сигнальщика» с ЛАЭС позорно слила в унитаз своими юристами и при участии руководства. А в Евросуд специально пропустила сроки. Причем правильно перечисляя суть моих претензий, ушлая практикантка Печникова  ловко сместила акценты и нивелировала мою критику, сведя всё к личным счетам и при этом указанные мной факты, доказывающие справедливость критики для будущей журналистки не были важны, ее оскорбило прилюдное низвержение божков, которым она поклонялась…

Этот стиль сервильной журналистики процветает, и сегодня в НКОшной среде и пример, как раз демонстрирует статья Вольтской о Бодрове.

В эко-тусовке привыкли лишь к похвалам, но не к критике, правде, поиску ошибок и путей их решений.

Описывая деяния экологического божка или дружественной НКО, журналисты не утруждают себя серьезным сбором и исследованием фактов и действуют в рамках штампов и клише, навязанных окружением в котором они крутятся, например, экологической тусовкой и влиятельными силами в этой тусовке.

Журналисты не учитывают многополярность экологического сообщества и действуют по известным клише — все кто не с Беллоной, Зеленым Миром, Гринпис и ее союзниками – «чужие».

Что интересно, прозападные НКОшники – конформисты, двурушники и флюгеры — выливали ушаты грязи на тех экологов кто не входил в их клан — тот же Санкт-Петербургский Зеленый Крест, обвиняя его в «соглашательской политике с властями»… И среди ярых хулителей – Зеленый Мир и Беллона, сидевшие на грантах Росатома. И, это открытое двурушничество 2-х «антиядерных» НКО, главенствующих на Северо-западе, как-то не становилось предметом интереса и разбирательств сервильных журналистов.

Опять же, околоНКОшные журналисты повязаны круговой порукой и боязнью выпасть из обоймы журналистского сообщества, поэтому действуют в рамках самоцензуры – «своих не бьют», так как прикормлены грантами НКО или возможностью тиснуть статейку за гонорар опять же в НКОшных СМИ. Периодически кого-то из «перьев» поощряют заграничной поездкой – хвастаться несуществующими победами, «набираться опыта» и заводить нужные связи. По этой причине вокруг прозападных НКО крутятся одни и те же прикормленные фигуры из журналистской братии.

И, сколь ни будет компрометирующей информацияо «дружеской» НКО и ее руководства, предметом журналистского расследования она не станет.

И даже, если помимо них из независимого источника вдруг на свет появятся шокирующие описания неблаговидных дел известных экологических тузов, то «золотые перья» всё так же будут помалкивать в тряпочку.

Например, известные тузы журналистики, что терлись в Беллоне,  трусливо отмолчались на развал «дела сигнальщика» с ЛАЭС, не было их реакции и на интеллектуальное воровство Беллоны, годами пользовавшейся чужой интеллектуальной собственностью (причем сами «золотые перья» глотку перегрызут за свои авторские права),никто из журналистов не посетил суды, где статусные беллоновцы — герои их многочисленных статей хором врали, трусили и подделывали документы всудах, а потом радостно гоготали на форумах, как например норвежец-беллоновец, Игорь Кудрик, сидящий в Норвегии — …как Беллоне «свезло» выкрутиться…

И эти жулики от экологии и далее продолжают быть героями статей сервильных перьев.

 

«Унылое говно» Татьяны Вольтской

Статью Вольтской о Бодрове можно отнести к тем опусам, которые на журналистском сленге метко прозвали «унылое говно» — заунывное, скучное и полное неправды. Это пример нечестной журналистики и провальной пиарщины.

Мне слишком хорошо знаком сам «герой» статьи – Олег Бодров, с которым я контактировал в период 1995-2004 год и был одним из 3-х соучредителей организации Зеленый Мир, созданной в 1997 году, чтобы поверить в оды Вольтской.

Статья, это каша из фантазий Бодрова  в журналистской обработке, в том числе и о временах периода СССР. Несведущему трудно понять, где фантазии, а где правда, но мне известно одно —  в «борьбе за спасение дюн» и против «бериллиевого комплекса», Бодров не играл первую скрипку в общем оркестре и его фамилия никому ничего не говорила.

Бодрова и Зеленый Мир, и спустя пару десятков лет мало кто знает в Сосновом Бору, лишь те немногие, кто так или иначе, пересекался с Зеленым Миром или с кем пересекался он сам.

 

Зеленый Мир, период 1995-2004 год. В дамки на горбу «сигнальщика»

В 1995 году организации Зеленый Мир не существовало. В январе 1995 года в сосновоборской газете «Маяк» был опубликован мой критический анализ физической защиты Ленинградской АЭС («ТЕРАКТ? ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН!») — в ответ на интервью руководителя ФСК ЛО о надежности физической защиты ЛАЭС, размещенного ранее в той же газете.

Публичное обсуждение прорех в защите ЛАЭС вызвало скандальную реакцию руководства воинской части, охранявшей ЛАЭС и ответный материал в «Маяке», с обвинениями в разглашении секретов, хотя руководство в/ч признала указанные факты.

Как я узнал позже, моя статья попалась на глаза жителю Соснового Бора, Бодрову и он срочно переслал ее на Запад, переведя на английский. В ту пору у него не было устойчивых связей на Западе, денег и инфраструктуры и сведения из закрытого атомного города вызвали интерес на Западе и предложения дальнейшего развития контактов. Бодров поняв, что «сигнальщик» с ЛАЭС — это «золотая жила», предложил поддержку моим инициативам – шире распространять информацию о проблемах на атомной станции и юридическую поддержку в случае преследований, но всех намерений не раскрыл.

И именно период 1995-2004 год был самым золотоносным для Бодрова – на громадном потоке информации «сигнальщика» Бодров и выстроил всё свое благополучие на многие годы вперед. И. вплоть до закрытия проекта «Зеленый Мир» в 2016 году, он использовал, в том числе, и ту информацию, что получил еще в период 90-х и 2000-х годах.

Таким образом, успехи «Зеленого Мира, это не результат личного труда Бодрова, а труды, риски и информация «сигнальщика» с ЛАЭС.  Без «сигнальщика» — не было бы и Зеленого Мира, вообще. «Эколог Бодров» —  это своего рода – гриб-паразит, удобно разместившийся на здоровом  дереве и питающийся его соками.

Но умный Бодров не раскрывал западной общественности источник информации и проблема «сигнальщика» не обсуждалась.

Однако, значимость «эколога» и «общественного деятеля» Бодрова в информирование проблем ЛАЭС, можно сравнить всего лишь с ролью официанта — разносчиком блюд для посетителей ресторана. «Официант», Бодров, подносил тарелки с готовым блюдом – «информацией», которую все ели с аппетитом, но «повара» не знали.

В дальнейшем «официант» Бодров наловчился переговаривать информацию уже от своего имени.

Но так как он не был участником событий он, как испорченный приемник был плохим передатчиком — на пресс-конференциях, в интервью и комментариях в СМИ, на круглых столах и семинарах, встречаясь с западными политиками и общественниками, он искажал суть, перевирал, путался, делал ошибки и неправильно расставлял акценты.

Причем поступал хитро, даже и в моем присутствии на публике всегда выдвигал себя «спикером» и тем самым создал себе незаслуженный имидж «сигнальщика» с «атомграда».

Вот лишь некоторая часть информации «сигнальщика» поступившая Бодрову в период 1995-2004 год о ситуации на атомной станции и озвученная в СМИ:

  • хранилище ОЯТ ЛАЭС (зд.428) – технология и проблемы обращения с ОЯТ, дефекты оборудования, конструкций и течи,
  • хранение свежего ЯТ – технология и проблемы,
  • нарушение прав человека работника ЛАЭС,
  • влияние условий труда на безопасность,
  • межличностная атмосфера и конфликты на рабочих местах,
    культура безопасности,соблюдение правил и законов,
  • хищения и коррупция, и влияние на безопасность,
  • проблемы ремонта и обслуживания оборудования,
  • квалификация, подготовка персонала,
  • прочая информация с блоков ЛАЭС.

Далее, эта информация распространялась в обществе уже от имени Бодрова и Зеленого Мира.

Надо учесть, что информация не просто передавалась «сигнальщиком», а профессионально и компетентно комментировалась, подробно разъяснялась — «разжевывалась» Бодрову, так как он просто не понимал технологические процессы и вообще, вся ситуация на атомной станции была для него Terra incognita.

По вине Бодрова многое важное не доходило до общественности. По духу конформист, он был далек от понимания важности соблюдения прав человека на атомной станции. И на всю проблематику на ЛАЭС Бодров смотрел лишь сквозь  «экологические очки», словно через дырку в заборе, очень суженным и ограниченным взглядом.

Поэтому реализовать задачи через Зеленый мир так и не удалось, что и привело к краху идеи и полному прекращению моих контактов с Зеленым Миром, в конце 2004 года.

 

Зеленый Мир, период 2005-2016 год

В конце 2004 года я прекратил все контакты с Беллоной по моральным соображением, а в начале 2005 года я написал заявление об уходе из Зеленого Мира по тем же причинам.  С этого момента Бодров остался «без глаз и ушей» с ЛАЭС и компетентной трактовки событий на атомной станции. В пиар-кампании Зеленого Мира четко просматривался общий принцип –«снять сливки» на жареной теме. Сайт пестрил обилием направлений, но глубины исследований не было.

Не имея компетентных экспертов и понимания проблем Зеленый Мир, в тоже время, был «в каждой бочке затычка» – «Экомет-С», Северо-европейский газопровод, перевозка нефти, эл. кабель от ЛАЭС в Финляндию, «уничтожение леса», «балтийский лосось и нерпа», вывод реакторов ЛАЭС из эксплуатации, «мокрое» и «сухое» Хранилище ОЯТ ЛАЭС, градирни ЛАЭС-2, проект «пункт захоронения РАО», алюминиевый завод в Усть-Луге, порты на Балтике и терминал для свежего ядерного топлива в Усть-Луге, заказники в ЛО и многое другое становилось для Бодрова объектом внимания, оценок и регулярных комментариев в СМИ. И повсеместно его оценки не были компетентными, научными и не были подтверждены фактами и документами.

Одним из направлений деятельности Зеленого Мира было – «Декомиссия» — вывод реакторов РБМК АЭС из эксплуатации, проект, финансируемый норвежскими НКО. Кроме Зеленого Мира в проекте участвовал ряд российских экологических НКО. На самом деле «Декомиссия» — это плагиат и кое-как сляпанная компиляция уже известных рекомендаций Росатома и ряда институтов по принятию мер в процессе вывода реакторов РБМК из эксплуатации, на примере той же Ленинградской АЭС.

Спекулируя ненаучными выводами, изложенными в «Декомиссии», Зеленый Мир и его союзники будоражили российскую и западную общественность угрозами старых реакторов РБМК и предлагали свои рекомендации по останову атомных блоков, «слизанные» с уже известных материалов Росатома.

Проект Декомиссия принес ощутимые выгоды лично Бодрову — материальные, так как он получал под него устойчивое финансирование из Норвегии, и возможность попутешествовать — пропагандируя идеи «Декомиссии» он объездил множество европейских стран и США.

Однако ненаучная любительщина местечкового эколога так и не была принята Росатомом для использования, слишком все это халтурно было сляпано.

Меня всегда забавляло – чем руководствовалисьжурналисты, выспрашивая у Бодрова, мнение по серьезнейшим проблемам, требующим специальных знаний и опыта работы?

Экологический алармист и глава фракции Зеленая Россия, Алексей Яблоков часто пользовался некомпетентной информацией Бодрова и озвучивал ее с трибун.

 

Хобби эколога Бодрова

На мой взгляд, Зеленый Мир — это всего лишь школьный экологический кружок.

А 25-летнее руководство Бодрова кружком и его цели — «защита ценностей Южного берега Финского залива» —  можно охарактеризовать, как «хобби». И это хобби включало в себя разнообразные и приятные развлечения, и было не только не затратным, но и приносило неплохой доход.

Хобби Бодрова включало в себя ежегодные летние романтические «экологические ретро-путешествия» на велосипеде по южному берегу Финского залива, а зимой на лыжах, под видом выполнения важной экологической миссии – «посещения особо охраняемых природных территорий», или в честь «27-го дня рождения Зеленого Мира», и сопровождалось любованиями окружающей природы, пикниками, встречами с местными жителями. Опять же на велосипедах выезжали и за границу, с теми же абстрактными целями.

Хобби позволяло регулярно ездить за границу и что-то там годами «перенимать» и «изучать» и, конечно, включало в себя чаепития, коктейли, фуршеты и получение приятных сувениров на память.

В общем, экологическая деятельность как на турецком или египетском курорте, по принципу «всё включено»…

 

28 лет и без заслуг

В хобби Бодрова нет никаких общественных заслуг, есть лишь нарциссизм и профанация гражданских инициатив.

Это яркий пример квазиэкологии, получившей распространение на Северо-западе России в прозападных НКО, таких как Беллона и Гринпис.

Кроме офиса в Сосновом Бору у Зеленого Мира был еще и клон-офис в Санкт-Петербурге, в нем хранилась литература и устраивались встречи с зарубежными экологами, содержание офиса было затратным, а эффективность работы была низкой.

В Зеленом Мире сорили деньгами на показуху, а на реальные дела жмотничали. В ряде расходов Зеленого Мира проявлялась и откровенная «семейственность». На мой взгляд, порой счета за расходы организации – связь, обслуживание оргтехники, расходы на саму оргтехнику, канцелярские расходы и т.д., как-то «сливались» со счетами личных трат Бодрова и многое можно было списать на «домашнюю работу»… Это следствие пробелов в работе счетной комиссии организации и отсутствие принципиальности при проверке расходов.

Опять, же, дочь Бодрова удачно попадала в состав Зеленого Мира в качестве участника велотуров по Европе.

Бодров любил деньги и поэтому был оплачиваемым участником практически всех проектов Зеленого Мира.

Как только грант по проекту расходовался, работа прекращалась, не зависимо от общественной важности проекта.

Крохобор, Бодров потребовал долю от гранта, выделенного Беллоне Гагаринским фондом на мои судебные разбирательства с ЛАЭС по восстановлению на работе. Пока ему не выделили несколько сот долларов на «канцелярские расходы», он отказывался вести пиар-кампанию в мою поддержку на сайте Зеленого Мира.

Зеленый Мир не имеет каких-либо демократических заслуг и его вообще нельзя назвать «общественной организацией» — несменяемый председатель, отсутствие  членских взносов, группка приближенных на зарплате и грантах, и остальные — те, кто периодически появлялся лишь на акциях, собраниях — формальные члены организации, списочный состав и совсем не активисты.

Зеленый Мир хотя и находился в «атомграде» более 20 лет, однако после себя ничего не оставил – никакого личного вклада в построение правового гражданского общества эколог-флюгер Бодров не привнес, за ним нет никаких демократических заслуг и креативных идей, и ни одного аналитического труда по проблемам «атомграда» и его объектов.

Кстати сама эмблема «Зеленого Мира» — «лягушка» — это мой рисунок, лишь обведенный профессиональным художником. Зеленый Мир —  это унылая пародия на европейские общественные объединения. И сосновоборцам плевать, что Бодрова ныне «мочат в сортире».

 

 

Зеленый Мир – экологический «Поп Гапон» и «полезный идиот»

Псевдогруппы типа Зеленого Мира, Беллоны, Гринпис, по сути, являлись «полезными идиотами» для оппонентов-атомщиков и «попами Гапонами» для «сигнальщиков», которых атомщики записали в «зеленые» и выжили с атомных объектов.

Антиядерные кампании зеленых велись ненаучно и по принципу «все средства хороши» — преувеличения, прямая ложь, нагнетание паники и страха с помощью подконтрольных СМИ и своих ресурсов.

Все это противоречило задачам и целям «сигнальщиков» с атомной станции, целью которых являлось повышение безопасности работы АЭС путем дискуссий и широкого взаимодействия с руководством на местах, и надзорными органами, начиная снизу и далее, а при непринятии мер – апеллирование к общественной поддержке своих инициатив.

Зеленый Мир, Беллона и Гринпис привели к краху саму идею и деятельность «сигнальщиков», корыстно и искаженно используя их информацию в пиар-кампаниях и лишь для поднятия рейтинга своих групп.

НКО преподносили себя в качестве контролеров и общественной силы способной решать проблемы, навязывали эту ложную идею властям и обществу, а порой и требовали прямых надзорных функций над опасными технологиями, например, допуска на ядерные объекты, на хранилища ОЯТ и т.д., с целью осмотра состояния объекта и соблюдения технологий. Причем общественные контролеры от НКО ничего не понимали в тех ядерных технологиях, которые рвались «проверять»…

Подменяя профессионалов, прозападные НКОшники оказалисьв роли «подсадных уток» для гражданских активистов из работников АЭС, действовавших на ядерных объектах – они засветили «сигнальщиков» и увильнули от их поддержки.

Например, тот же Гринпис, долго «жируя» на информации «сигнальщика» с ЛАЭС,когда потребовалось, отказался подписать обращение к Президенту РФ в его поддержку, мотивируя тем, что «плохо его знает»….

Настало время, когда Зеленому Миру, получавшему гранты Росатома, стал обузой активист-разоблачитель с ЛАЭС, раздражавший атомщиков своей деятельностью.

Поэтому Бодров отказался публиковать в рамках Зеленого Мира доклад  «Ленинградская АЭС как зеркало атомной энергетики России», который я предложил ему в 2004 году, после моего прекращения контактов с Беллоной.

И этим воспользовалась Беллона — в конце 2004 года и начале 2005 года она опубликовала печатную пиратскую версию доклада о Ленинградской АЭС, а затем выставила его у себя на сайте, на русском и английском языке.

Своей халтурной деятельностью, Бодров не затрагивал даже и верхушки айсберга, всех атомных проблем. Этим он и был ценен атомщикам — своей вопиющей некомпетентностью и публичной болтовней, чем и компрометировал всех зеленых активистов.

Чего стоят его не так давние безответственные заявления о «радиоактивном паре» – этот незначительный инцидент в турбинном цехе, на ЛАЭС в устах Бодрова был превращен в угрозу всему Северо-западному региону. В результате жители Ленобласти и Санкт-Петербурга в панике бросились в аптеки скупать и глотать йод, а некоторые сосновоборцы ринулись снимать деньги в банкоматах и пустились в бега из города…

В тоже время за период 1995-2004 год только в сосновоборских СМИ мной был опубликован ряд аналитических материалов по проблемам Ленинградской АЭС, в которых был затронут широкий спектр вопросов по проблеме обращения ОЯТ, условиям труда персонала ЛАЭС, нарушениям прав человека, Культуры Безопасности, физической защиты, пожарной безопасности и коррупции, а в конце 2003 года мной был написан доклад о Ленинградской АЭС и представлен общественности на пресс-конференции в Санкт-Петербурге.

Некоторые мои материалы публиковались в издании Зеленого Мира — «Экологический Бюллетень Социально-политическое и научное издание. Балтийский регион наша общая среда обитания», поэтому и фамилия «Бодров», как редактора бюллетеня размещалась в материалах.

 

Неправда и фантазии

Цитата из статьи Вольтской …«Он ездил в Чернобыль сразу же после катастрофы, отбирал пробы для изучения степени загрязнения воды и почвы, хотя эта информация и продолжала быть секретной»..

Комментарий. Приписывание несуществующих подвигов и приукрашивание биографий распространено среди прозападных экологов, не избежал этого и Бодров.

«Ездил в Чернобыль» — один из мифов(откровенное вранье), который Бодров периодически озвучивал при каждом удобном случае, но я ему не верил и этому есть основания. Он не смог доказать фактами свое нахождение в Чернобыльской зоне.

Все участники ликвидации аварии на ЧАЭС (я сам ликвидатор, 1986 года – С.Х.) имеют удостоверения установленного образца и состоят на учете в Российском «Государственном Медико-дозиметрическом регистре», где в регистрационной карте указаны все сведения о ликвидаторе или лице, находившемся в «зоне». Однако у Бодрова этих документов нет.

В 1986 году, «сразу же после катастрофы», никто посторонний не мог случайно проникнуть в «зону» и …«отбирать пробы для изучения степени загрязнения воды и почвы», делать какие-то замеры и у каждого «ликвидатора» и командированного в «зону» был спецпропуск с фотографией, который крепился на видном месте.

«Измерениями» и «отбором проб» занимались специальные передвижные лаборатории и специалисты, одетые в средства специальной защиты от радиоактивного загрязнения и «партизан», типа Бодрова, там не могло быть.

Места проживания «ликвидаторов были строго определены, например, от «кораблей», где жили некоторые ликвидаторы и до самой атомной станции нужно было ехать 2 часа на скоростном автобусе, по «радиоактивной зоне», закрытой охраной от посторонних.

У каждого «ликвидатора», побывавшего в «зоне» имеются на руках какие-то доказательства — командировочные документы, приказы руководства организации, проездные билеты, графики работы в «зоне» и т.д. – ничего этого у Бодрова нет.

На мое предложение Бодрову обратиться в соответствующие инстанции для получения удостоверения (подтвердить статус «чернобыльца»), он не проявил инициативы.

Цитата«Эту информацию Бодрову тоже запретили публиковать».

Комментарий: это байки и попытка преподнести себя в качестве героя-одиночки. Никакой секретности в работе Бодрова не было, и никто не запрещал ему что-то публиковать.

Цитата: «Олег Бодров пригласил своих бывших коллег из экологической лаборатории, перевел на английский их статьи, которые им тоже запрещали публиковать».

Комментарий: никто не запрещал «коллегам» Бодрова что-то публиковать. Никакой секретности в работах сосновоборской «экологической лаборатории» не было.

Цитата: «Критика в бюллетене «Балтийский регион – наша общая среда обитания» была жесткой – взять хотя бы публикации о протечках в бассейнах хранилищ отработавшего ядерного топлива на ЛАЭС. Они вызвали международный скандал и приезд на ЛАЭС финских регуляторов ядерной безопасности, которые нашли дырки в хранилищах и помогли восстановить обшивку металлического бассейна»…

Комментарий: к «критике» и «публикациям о протечках», Бодров имел отношение лишь как редактор бюллетеня, в котором была размещена моя информация.

Проблемы ХОЯТ были озвучены мной в сосновоборских печатных СМИ, начиная с 1995 года. Кроме этого, мной были поданы заявления в различные надзорные инстанции: ФСБ, Госатомнадзор, прокуратуру, инспекцию по труду СПб и другие надзорные инспекции разного уровня. Мной были сделаны фотографии течей бассейнов с ОЯТ и состояния конструкций хранилища.

Часть моих материалов была распространена в бюллетенях «Балтийский регион – наша общая среда обитания», на русском и английском языке от имени Зеленого Мира.

После публикации материалов и общественного внимания сосновоборские городские власти вынуждены были создать комиссию при участии разных экспертов и структур, были разработаны мероприятия по решению проблем, с привлечением финских технологий.

Однако, в начале 1997 года меня — «вынесшего мусор из избы» —  вывели из штатного расписания, запретили доступ на ХОЯТ и определили местом нахождения раздевалку ХОЯТ, где я и находился в течение 28 месяцев, а в 2000-ом году был  уволен по ложным обвинениям и фальсифицированным документам.

Это как раз показательный пример басни «про вершки и корешки» — Бодров, используя риски «сигнальщика», получил максимальную выгоду, всего лишь перепечатывая информацию и пересказывая ее от себя, но полностью провалил пиар-кампанию в защиту«сигнальщика».

Цитата: «Кроме того, «Зеленый мир» создал мобильные группы из представителей власти, атомной отрасли и общественности и при финансовой поддержке норвежцев организовал ознакомительные поездки в Литву и Германию, а потом устроил круглые столы с участниками поездок»….

Комментарий: контакты властей и атомщиков с «конструктивным экологом» Бодровым были как раз в рамках взаимных договоренностей, которые я назвал «политикой поцелуев».

Это был пик славы Бодрова. Он стал  «представителем экологической общественности», с которым атомщики «сидели за круглым столом», «слушали» и финансировали расходы Зеленого Мира на проведение пиар-кампании атомного проекта.

Бодров уверял западных партнеров в выгоде контактов с Росатомом, что он  «влияет» на политику Росатома в «процессе принятия решений» (любимое выражение Бодрова, набившее оскомину – С.Х.) при реализации атомной политики на местах и всерьез считал, что документ «Декомиссия» Зеленого Мира будет учтен атомщиками при выводе реакторов РБМК из эксплуатации.

Атомщики снисходительно относились к ненаучной критике Зеленого Мира в свой адрес, которая была в интересах «технологов-пиарщиков» Росатома —  дать выпустить общественный пар из котла и свести к болтовне, с чем Зеленый Мир хорошо справился.

Например, идея Зеленого Мира – «зеленая энергия» вместо «атомной» как раз противоречила идее Росатома. И, Бодров убедительно демонстрировал «преимущества» и «эффективность» «зеленой электроэнергии» тем, что на голове носил бейсболку на которой был прикреплен пропеллер беспрерывно работавший от солнечной мини батарейки!..

Правда, окружающие крутили пальцем у виска – «Карлсон идет!» — раздавалось вслед!.. Но Бодров был очень доволен таким эффектом. Примерно такие же фантазии, оторваные от реальной жизни крепко сидели в голове у председателя экологической организации, с которым атомщики имели дело…

Онако этот зеленый фантазер как раз и устраивал Росатом – своей антиядерной риторикой и вопиющим невежеством он дискредитировал антиядерные НКОи поднял авторитет атомных экспертов, чьи доводы были основаны на науке, поэтому на общественных слушаниях народ поддерживал атомные проекты и не поддерживал юродивых зеленых.

Более подробно об это можно узнать в аналитическом материале «РОСАТОМ — ИЗВЕСТНЫМ 300 тысяч серебренников за проданные экоубеждения», размещенном на сайте Зеленый Крест.

Сам по духу конформист, Бодров при каждом удобном случае подчеркивал свою конформистскую позицию – «мы не занимаемся политикой»…

В тоже время на Западе он выставлял себя ярым правозащитником и получал гранты (в 2013 году, около 4-х миллионов рублей) от норвежской организации «Общество охраны природы Норвегии» («NorgesNaturvernforbund»), тесно связанной с организацией «Норвежские коммунальные профсоюзы» («NorskKommuneforbund»), которые кроме экологических проблем, во главу угла ставили именно защиту «сигнальщиков» и права человека на ядерных объектах.

Т.е. деньги брал, а конкретные правозащитные дела развалил.

Лина Зернова  … «То есть чиновники с удовольствием ездили с ним по всей Европе и Америке, а теперь они же дружно его шельмуют – человека, который все эти годы работал, чтобы повысить нашу ядерную безопасность. Сейчас его травят судами и выжимают из него сотни тысяч рублей штрафов»….

Лина Зернова … «Я принимала участие в очень интересной поездке – на Игналинскую АЭС, которую выводили из эксплуатации с помощью Европейского Союза… …И я тогда очень радовалась»…

Развлекательные экскурсии по заграничным АЭС, за счет атомщиков с участием сосновоборских городских чиновников и разного рода прихлебателей, типа, «эколога-журналиста», Зерновой с фуршетами и фотками на память были своего рода поездкой в «атомный Диснейленд», а Бодров был своего рода массовик-затейник в этих поездках.

Но, к его глубокому разочарованию руководство «атомграда» выразило несогласие с западными подходами, которые пропагандировал Зеленый Мир – останов старых блоков.

Остается загадкой, каким образом мог «повысить ядерную безопасность» не работающий в каком-либо проектном атомном институте и не работник ядерного комплекса, житель Соснового Бора Бодров?..

Цитата«По завершению проверки «Зеленый мир» в декабре 2015 года был объявлен агентом. Регистрироваться добровольно в этом качестве организация отказалась, за что ей вкатили штраф – 300 тысяч рублей, а следом – еще 100 тысяч за вовремя не сданный отчет – оказывается, его следовало представить сразу после получения статуса «иностранного агента» – за весь 2015 год»…

Комментарий: все штрафы спровоцировал сам же Бодров, не выполнив требования закона, касающиеся деятельности НКО, как «иностранного агента».

Бодров мог продолжать работать и как«агент» — это не клеймо на лбу, не гиря на ногах, иникак не ограничивало его возможность перемещаться по России, выезжать за рубеж, не ограничивало его доступ к СМИ и ведение пиар-кампании, у него были деньги, оргтехника, офис (отказали в одном месте, мог арендовать в другом) и выход на общественную площадку, где можно было продолжать дискуссии и продвигать свои идеи…

Однако Бодров предпочел нарушить закон и судиться, выдав себя за жертву произвола властей. Однако эти суды — способ пиарить себя в качестве борца с системой и продолжение 25-летней игры в героя-эколога.

И хотя суды будут проиграны, Бодрову на это наплевать – проигрыш в судах материальными потерями ему не грозит, свой быт он давно устроил, никакого жизненного краха с ликвидацией его организации не случилось.

Не разорит он судами и семью – все расходы будут оплачены из западных денег, а на пенсию он давно заработал, причем его пенсии позавидует иной атомщик-инженер.

Цитата: «С начала года экологам «Зеленого мира» пришлось присутствовать на 10 судебных заседаниях, последний иск поступил со стороны компании «Концерн Титан-2», генерального подрядчика строительства ЛАЭС-2 и Финской АЭС, — говорит Олег Бодров. «По их мнению, мы порочим их деловую репутацию и должны убрать со своего сайта информацию об их деятельности. А это даже не наше исследование – к нам пришел бывший строитель ЛАЭС-2 и представил документы о фальсификациях, связанных с безопасностью строительства станции. Мы сочли эти факты очень серьезными и послали их в областной ЗАКС, петербургский ЗАКС и Госдуму с просьбой инициировать независимую проверку»….

Комментарий: Бодров по привычке попытался «выехать на хромой козе» за счет Виктора Алейникова, обвинившего руководство концерна «Титан-2»в нарушении правил. Однако, Алейников не сумел должным образом подтвердить обвинения, и скандал обернулся против тех, кто его затеял.

 

Зеленый Мир – интеллектуальный пират

Бодров регулярно нарушал мои авторские права. Например, под логотипом Зеленого Мира и авторством председателя Бодрова был издан 15-ти страничный буклет под названием – «Обращение с ОЯТ и РАО на Ленинградской АЭС. Взгляд общественности на проблемы и возможные решения».

В нем подробно описаны нарушения законов на Ленинградской АЭС при обращении с ОЯТ, описана технология уплотнения ОЯТ «в протекающем» хранилище ОЯТ ЛАЭС (зд.428) без проведения Государственной экологической экспертизы. При этом Бодров ссылается на Конвенции ОВОС «в трансграничном контексте».

Этот буклет он распространял как в печатном виде, так и в  версии PDF и это доказательство «интеллектуального пиратства» – незаконное использование чужих идей, материалов, фотографий без ведома автора.

«Поборник конвенций» — Бодров, сам нарушил ряд международных Конвенций по защите авторских прав, незаконно разместив в своем докладе мои фотографии хранилища ОЯТ, сделанные мной в период работы на ХОЯТ — уже под своим именем. Всего в докладе — 11 фотографий, из них – 6 шт. —  мои авторские фото, вместе с рисованной схемой общего вида хранилища ОЯТ и технологии перегрузки ОЯТ. Эти эффектные фотографии и схема, выполненные мной еще в период работы на хранилище ОЯТ – главный элемент доклада, и размещенные крупным планом, создают докладу нужную эффектность. Причем эти фотоматериалы, доказывающие вопиющие проблемы на ХОЯТ в числе прочего послужили причиной моего увольнения с ЛАЭС.

В числе интеллектуальных пиратов и Беллона, опубликовавшая доклад о ЛАЭС и использовавшая его на протяжении 7 лет. В суде глава Беллоны, Никитин выдавал себя за автора (!) моего  доклада (по сути моей рабочей биографии — С.Х.) и даже предоставил в суд документы с моими поддельными подписями, но суд ему не поверил.

В прямом воровстве моих авторских прав замешан и известный российский эксперт Владимир Кузнецов, автор ряда публикаций по атомной проблематике.

Так, например, в книге «Основные проблемы и современное состояние безопасности предприятий ядерного цикла российской федерации», Москва, ООО «Агентство Ракурс Продакшн», 2002 год на страницах 54-56 была полностью размещена моя аналитическая работа под названием — «ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР И БЕЗОПАСНОСТЬ ЛАЭС», (о менталитете работников ЛАЭС, как факторе безопасности ЛАЭС), Бюллетень «БАЛТИЙСКИЙ РЕГИОН — НАША ОБЩАЯ СРЕДА ОБИТАНИЯ», No. 3-4, осень 1995,  однако уже под другим названием — …«Влияние человеческого фактора на ядерную и радиационную безопасность»…

 

Конец эпохи псевдоэкологии

Цитата из статьи … «В судах «Зеленый мир» защищает адвокат Сергей Голубок, который полагает, что беды экологов происходят оттого, что атомщики не желают слышать критику в свой адрес»… 

На самом деле никаких «бед» у российских экологов нет. Адвокат фантазирует и о последствиях «критики» зеленых НКО в адрес атомщиков. Росатом охотно взаимодействует с общественностью и НКО — гибко и широко использует все демократические механизмы, назначает общественные обсуждения по проектам и приглашает на них представителей НКО– тот же Гринпис, Зеленый Мир, а главу НКО Беллона — СПб, Александра Никитина, вообще включил в общественный совет Росатома.

Но время изменилось и требует креативных идей в дискуссиях с общественностью, а экологи-старпёры из Зеленого Мира, с их нафталинными идеями – «долой атом!» — застряли во временах СССР и стали неинтересны обществу.

А так как Зеленый Мир действительно греб лопатой заграничные деньги, так его и объявили согласно закону «иностранным агентом», и атомщики здесь ни при чём.

Кстати, когда появился этот закон, Бодров и пальцем не пошевелил, чтобы его обжаловать в суде.

Время показало – эпоха псевдоэкологии прошла безвозвратно. Уже давно утонула подводная лодка под названием «Беллона», а герой-эколог, Никитин прислуживает в Росатоме, партии Яблоко не помогла антиядерная спекуляция и грязные политики и она с треском провалилась на выборах в «атомграде», Гринпис добровольно свернул антиядерные протесты на Северо-западе. И дело не в помехах, а в потере доверия населения.

 

Сергей Харитонов, независимый исследователь проблем «атомграда» Сосновый Бор

 

Категория: Организации

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *