О современном состоянии общественного зеленого движения

31.10.2016 09:20
автор: ecoleaks

К зеленому движению относят все группы или одиночных активистов, ставящих целями своей деятельности в том числе и охрану окружающей среды либо защиту прав людей на её использование, либо защиту прав людей на здоровую среду обитания. Хотя последнее больше относится к прерогативе Обществ защиты прав потребителей, их деятельность часто пересекается с зеленым движением

sjurrealizm-ot-krisa-bennetta_1

 

Электоральный потенциал зеленых по результатам различных выборов составляет примерно 2%; мобилизационный потенциал протестных сил, напротив, достаточно велик, особенно в малых городах. Зеленые легко могут вывести на митинг до 1000 человек, особенно, если митинг посвящен местным проблемам. К зеленым часто и охотно присоединяются различные политические силы, не боясь, что подобный союз будет не понят их сторонниками. Близкими к зеленому движению политическими силами позиционируют себя в первую очередь, «партия «Яблоко», затем различного рода коммунисты и «Справедливая Россия». Организации патриотического направления редко примыкают к зеленым акциям. Среди патриотов зеленых активистов мало.

В Петербурге и Ленинградской области действует более 200 зеленых организаций, зарегистрированных официально, и не менее 20 – не прошедших регистрацию. Правда, примерно 80% из них – детские. Активистов зеленого движения на два региона примерно 2000 человек, из них примерно 40 человек – подготовленных руководителей, успешно руководящих своими организациями, которых можно считать общественными деятелями. В целом по двум регионам действует примерно 40 организаций, официально зарегистрированных, со счетом и фондом заработной платы. В каждой содержится примерно 10 сотрудников. Общий бюджет этих организаций составляет примерно 500 миллионов рублей, большая часть из которых поступает из иностранных источников. (Минимальная оценка). Это легко проверяется по опубликованным отчетам этих общественных организаций. Таким образом, возникает наличие определенного прибежища для оппозиционно настроенных людей, где они до времени находят себе средства к существованию, готовятся к активным действиям, мобилизуют вокруг себя население и сотрудников СМИ.

Вот список по данным Яндекса количества упоминаний в новостных лентах тех или иных организаций (зарубежные зеленые организации выделены жирным шрифтом): Эковахта Петербург – 9; Гринпис Петербург – 1140; Беллона Петербург – 292; Зеленый Крест Северо-Запада — 1252; Движение «открытый берег» — 733; Мусора больше нет – 1791; Зеленый Мир Сосновый Бор – 328; ЭКОМ – 2734; Друзья Балтики – 68; Зеленый Фронт – 1312;  За раздельный сбор мусора – 57; Зеленая волна – 160, ВООП Санкт-Петербург – 13. То есть, примерно каждое второе сообщение о деятельности зеленых организаций пропагандирует работу организаций, в своей работе ориентированных за рубеж и получающих оттуда деньги.

 

Соглашательные органы  

Структуры общественных советов достаточно хорошо развиты в Санкт–Петербурге и Ленинградской области. Так, у нас действуют общественные советы при следующих федеральных структурах – Росприроднадзоре по СЗФО, Роспотребнадзоре по СЗФО; общественные советы при природоохранных прокуратурах Ленинградской области и Санкт-Петербурга; Общественный экологический совет при Губернаторе Ленинградской области; Экологический совет по проблемам окружающей среды при Правительстве Санкт-Петербурга; также при Торговых палатах Санкт-Петербурга и Ленинградской области действуют свои экологические комитеты; наконец, общественные советы действуют при экологических комиссиях СПб ЗАКС и ЛО ЗАКС. Кроме этого, действует много малых советов для обсуждения отдельных проблем, создающихся при различных правительственных или производственных структурах. То есть, количество договорных площадок на сегодняшний день много; другое дело, что часть из них действует формально, в режиме штамповки одобрительных резолюций на действия властей.  К тому же, ни один из этих советов не может быть органом, объединяющим зеленое движение либо органом, для зеленого движения являющимся референтным. Тому есть две причины: — ни один из этих органов не создан представителями зеленого движения и вследствие этого ни в одном из них (кроме Общественного экологического Совета при Губернаторе ЛО) представители зеленого движения не составляют большинства; ни один из этих органов не имеет в своем уставе пункта о приеме решений, которым должны подчинятся организации, делегировавшие в совет своих членов.

 

Откуда деньги?

Организации, входящие в зеленое движение, могут иметь какую угодно форму собственности, называться фондом или благотворительной организацией, иметь или не иметь регистрацию, членство, счет в банке – все это вторично по сравнению с источниками финансирования. Начав делить организации по источникам финансирования, мы увидим, что многие скрывают эти источники. Так, несмотря на то, что среди партнеров ЭКОМ  указан ряд иностранных фондов, отчета о поступлении средств на сайте ЭКОМ нет,  начиная с 2007 года. Зато не скрывает свое финансирование «Зеленый Мир» из Соснового Бора – он получает примерно 3 500 000 рублей ежегодно из года в год от Норвежского общества охраны природы. Возможно, работа контролирующих органов и могла бы выявить источники финансирования этих организаций, но для начала такой работы необходима политическая воля. К тому же значительная часть финансирования просто передается лидерам организаций в виде наличных от «друзей» из-за рубежа и не проходит ни по каким банковским каналам.

Но если все же мы разделим организации по источникам финансирования, мы обнаружим, что незначительная часть организаций действительно получает практически 100% средств для работы из-за рубежа (5% от численного состава организаций, 45% от присутствия в медиа-поле); примерно столько же организаций получает 100%-е финансирование от поступлений из отечественных источников, правительственных грантов или пожертвований от бизнес-структур (5% от численного состава организаций, 30% от пристутствия в медиа-поле) и еще примерно 30% организаций получают смешанное финансирование – редкие отечественные гранты и пожертвования от частных лиц (25% от присутствия в медиа-поле). Последние – это в основном детские организации либо локальные группы «одной темы».

Источники финансирования определяют цели, методы и образ действия экологических активистов. Началось это давно, с открытием границ и свободной конвертацией рубля. Тогда  «зеленое движение» разделилось на два направления. Кто-то продолжал работу в России; а кто-то поставил своей целью как можно меньше времени находиться на исторической родине, и пользовался любыми приглашениями с Запада, лишь бы только поехать туда «за счет принимающей стороны». К тому же много зарубежных фондов давали гранты на «обмен опытом», на участие в конференциях, семинарах, и так далее.

 

Общество любителей грантов

Образовался целый слой людей, живущих с грантов. При этом они брались за любое дело – лишь бы под него можно было бы получить средства. Но работа на гранты вызывает отторжение «зеленых» от местных сообществ, в чьих интересах и на чьи деньги и должны работать «зеленые» организации.…

Из сорока пяти известных в середине 90-х годов «зеленых» организаций Петербурга получали иностранные гранты всего семь; в Ленинградской области дело обстояло ещё хуже. Группы «местных инициатив», группы «одной цели» грантов практически не получали; даже заявок на них не подавали. Между тем именно они и делали основную «зеленую» работу в стране. Зато пропагандистский шум вокруг своей деятельности организовывали именно получатели «западных» грантов. На реальную ситуацию в стране это никак не влияло. Напротив, этот пропагандистский шум на иностранные деньги посеял те семена ненависти к «зеленым» прозападным организациям, которые бурными всходами взошли уже в наше время.

Оказалось, что западных грантодателей очень легко обмануть. Достаточно вести себя, как они, говорить то, чего они хотят услышать, одеваться, как они – и готово, шанс на получение денег, с которых можно безбедно жить пару лет, уже есть. А отчеты о грантах в основном были формальными.

 

Средства на жизнь

Но, может быть, иностранное финансирование зеленого движения приносит пользу России? Возможно, деньги западного налогоплательщика идут на пользу природе нашей страны через действия общественных организаций?

К сожалению, это далеко не так. Реальную пользу природе оказывают те зеленые, которые работают в интересах местных сообществ, получая от них деньги за изменение ситуации в заданном направлении. Средства западных грантов уходят в основном на заработную плату (то есть поддержание физического существования) и проведение различных семинаров и конференций. Так, в 2013 году «Беллона» в Санкт-Петербурге, согласно собственного отчета, получила примерно 13 с половиной миллионов рублей из иностранных источников. Из них около 7 миллионов ушло на заработную плату сотрудников, полтора миллиона – на организацию конференций, около 400 тысяч – на командировочные расходы, 239 тысяч – на автомобильный транспорт, и примерно 4 миллиона – на «иные расходы», в том числе и на выпуск журнала «Экология и право», и на организацию юридических консультаций для обращающихся в Беллону граждан, и на собственно экологическую деятельность.

Примерно то же положение и в других зеленых организациях, живущих за счет западных грантов. Мы не можем припомнить ни одного значимого успеха с их стороны – например, прекращения загрязнения водного или воздушного бассейнов, внедрения новых технологий, сокращения нагрузки на природу…

 

Откровенный саботаж

Зато велика их деструктивная деятельность, как текущая, так и потенциальная.  В основном она направлена на саботаж необходимых для страны проектов, под видом защиты природы. Отделить реальную работу по охране природы от саботажа развития легко, реальная работа всегда опирается на установленные законом нормативы; саботаж – в лучшем случае на мнения отдельных ученых.

Еще один механизм борьбы против своей страны у зеленых организаций, финансируемых с запада – это возбуждение социальной напряженности в обществе. Есть много объективных факторов, служащих к развитию социальной напряженности. Но если отечественные зеленые организации стараются эти факторы нивелировать и проблемы разрешить, то западные зеленые организации используют их, чтобы развернуть критику государственного аппарата и внутренней политики.

К специфически зеленым методам возбуждения недовольства масс служит, например, такой прием – выдвижение абсолютно недостижимых требований, якобы в целях защиты природы, и науськивание масс против «бюрократов», не желающих потратить бюджетные деньги на эти, заведомо провальные, проекты. (Например, на  раздельный сбор мусора или развитие альтернативной энергетики).

Зеленые зачастую не останавливаются перед ложью и клеветой (так, портовый терминал Усть-Луги по экспорту гексафторида урана в публикациях «Зеленого Мира» и ЭКОМ стал хранилищем радиоактивных отходов, ввозимых с Запада). Они неправомерно преувеличивают потенциальный вред от строящихся объектов (например, от Карбамидного завода в Усть-Луге). Они не останавливаются перед уголовными преступлениями – сносят заборы, которые, по их мнению, стоят не на тех местах, поджигают бытовки рабочих (в Колтушах и Пупышево), протыкают шланги, по которым жидкие удобрения качаются на поля, чтобы вызвать загрязнение реки и тем самым организовать массовый протест против сельскохозяйственного предприятия (в Нурме). Но при этом «исключить» из зеленых невозможно и закрыть общественную организацию – дело проблематичное. К тому же на месте закрытой может тут же возникнуть новая с теми же учредителями.

 

Александр Максимов

 

 

Категория: Организации

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *