Интервью Юрия Шевчука («Зеленый Крест») о экологии и будущем. Часть 1

28.04.2019 17:07
автор: ecoleaks

Как Вы считаете, какова роль экологов в современном мире?

YUrij-Laptev-artfactotum-hudozhniki-syurrealizm-14

Человек, овладевший экологическим взглядом на мир, видит взаимосвязь между теми явлениями, которые большинству людей кажутся совершенно независимыми друг от друга. Посмотрев на пейзаж, он видит одновременно не только его, но прошлое и будущее этой местности. По личинке насекомого он понимает, какие породы деревьев будут расти здесь через полсотни лет; по колебанию уровня воды в колодцах прогнозирует развитие сельского хозяйства и существование здешних поселков; по росту количества знойных солнечных дней – предвидит рост преступности в городах.

Детерминированность поведения людей относительно природных условий обычно находилась за гранью осмысления публицистикой, как некая константа, с которой все равно ничего нельзя поделать. Но это ложное представление; отсюда, например,  берут корни концепций развития городов, в которых не учитывается кардинальная смена этнического состава их населения в ближайшие двадцать лет, а, следовательно, и смена запроса к урбанистической культуре; прогнозы развития стран, не учитывающих превращения ныне плодородных почв в пустыню опять же на протяжении ближайшего двадцатилетия…

Еще одна ошибка – считать, что конец человечества состоится, разумеется – но не сейчас и даже не в ближайшую тысячу лет. Это заблуждение происходит из-за того, что люди привыкли считать, что перемены на планете происходят медленно. Хотя все знают, что этнический состав Римской империи во время Великого переселения народов кардинально изменился за 15 лет. И все видели, хотя бы в кинохронике, замерзших заживо, буквально за минуты, мамонтов с пучками зеленой травы в пастях. На самом деле катастрофы только подготавливаются медленно. А происходят быстро. Для примера возьмем пруд, который зарастает кувшинками. Количество кувшинок увеличивается в геометрической прогрессии, и в первые дни катастрофы это не пугает, подумаешь, одна кувшинка, затем – две, затем – четыре, затем – восемь… Но это означает, что если сегодня всего половина пруда занята кувшинками, то завтра мы не увидим открытой воды.

 Гуманитарный подход к человечеству переоценивает роль воспитания, в результате скатываясь к «гуманитарному ламаркизму». В широком смысле к ламаркистским относят различные эволюционные теории (в основном, возникшие в XIX — первой трети XX веков), в которых в качестве основной движущей силы эволюции (изменения видов) рассматривается якобы имеющееся внутренне присущее организмам стремление к совершенствованию. Как правило, большое значение в таких теориях придаётся и влиянию «упражнения» и «неупражнения» органов на их эволюционные судьбы, поскольку предполагается, что последствия упражнения или неупражнения могут передаваться по наследству. В религии мы наблюдаем похожий подход в отношении к медиации, как к инструменту очистки кармы. Ламаркизм был давно опровергнут опытами Августа Вейсмана, отрубавшего мышам хвосты – поколение за поколением. Но породу бесхвостых мышей вывести так и не удалось. Точно так же воспитанием или медитациями невозможно изменить национальный характер этноса, особенно – в будущих, еще не родившихся, поколениях. Изменения в культуре верхушки народа могут никак не коррелироваться с манерой поведения среднего представителя этноса.

Так же ошибочно и представление о том, что если на Земле существует какой-то феномен, связанный  с окружающей природной средой, например, какой-либо экотип, то он природе «нужен». На самом деле природе не нужно ничего, у неё нет цели, нет желаний, нет морали и жалости. Примеры сотен тысяч вымерших видов – «тупиковых ветвей» эволюции – это подтверждают. Так-как у нас нет никаких оснований считать эволюцию живых существ остановившейся, то мы с уверенностью можем сказать, что практически все виды ныне живущих существ, в том числе и человек, являются «тупиковыми видами».
Единственное, что «нужно» природе – занять все возможные экологические ниши, в том числе – за счет патологических изменений вида, которые в нем происходят, когда он занимает новую природную нишу.  Из этого не следует, что нужно с уважением относиться ко всем последствиям подобной экспансии, относится ли это к инвазивным видам или к экотипам самого человека. Нет никакого основания с уважением относиться к тому процессу и его невольным участникам, при котором человечество освоило ранее непригодные для жизни территории, потеряв в качестве жизни, но зато приобретя букет патологий внутреннего строения, внешнего  облика и менталитета.

Изменения в окружающей нас жизни происходят быстрее, чем люди успевают их осознать. Экологический взгляд на мир позволяет хотя бы понять причины происходящего.
Кто, кроме экологов, двадцать лет назад предвидел, что в настоящее время половина населения России не будет иметь доступа к нормативно чистой питьевой воде и будет дышать воздухом, загрязненным вредными веществами в 10 раз больше, чем положено по стандартам Всемирной организации здравоохранения?

Какие сейчас существуют экологические проблемы в мире/в стране?

Современный мир находится в критической точке. Тут совпало слишком многое — и вершина полуторатысячелетнего цикла естественных климатических изменений, и достигшее губительного уровня воздействие антропогенного экологического кризиса, и огромное, невиданное никогда прежде население планеты.

Признаки этого глубочайшего кризиса — резкое изменение климата, рост природных катастроф, сокращение ресурсов чистой пресной воды и обрабатываемых земель, ухудшение здоровья населения, отказ систем естественного иммунитета человека, уничтожение множества видов живых существ, неконтролируемая климатическая миграция (только из дельты Инда, где из-за уменьшения речного стока морская вода заместила пресную, бежали 150 тысяч человек)…

Главных причин глобального кризиса, по сути, три.

Одна —объёмы товарного производства, которые, с одной стороны, недостаточны для удовлетворения потребностей человечества, а с другой —в среднем в 2,5 раза (исходя из расчёта экологической ёмкости Земли) превышают возможности планеты. Коллизия, однако, в том, что и снизить производство невозможно — это приведёт к коллапсу экономики в мировом масштабе.

Вторая причина — перенаселённость планеты. Большинство учёных считает, что оптимальная численность человечества, с учётом пределов потребления и производства,должна составлять от 600 миллионов до 1 миллиарда человек. Однако к середине прошлого года население Земли достигло уже 7,6 миллиарда человек и продолжает расти. Надежды на сокращение численности не оправдались. Наоборот, нас ждёт, по прогнозам ООН, беспрецедентный рост рождаемости, особенно в Африке.

И, наконец, третья причина — планетарный экологический кризис, который происходит по велению матушки Природы примерно каждые полторы тысячи лет. Предыдущий такой кризис протекал гораздо мягче, чем тот, который ждёт нас. Он не был осложнён антропогенным воздействием и столь сильной перенаселённостью нашей планеты, да и ядерного оружия ещё не придумали. Тем не менее, изменение климата и усыхание значительной части степей Азии, Африки и Америки вызвало несколько волн беженцев. Эти волны прокатились по всей Земле, разрушили большую часть развитых государств и вошли в историю как Великое переселение народов. В наши дни столь массовая миграция грозит полным коллапсом цивилизации и возможной ядерной войной…

Всё это позволяет сделать, по крайней мере, три практических вывода.

1.Экономическое прогнозирование, не учитывающее состояние природной среды и здоровья населения,— неверно в принципе. В связи с этим ожидания экономического и гражданского роста Ближнего и Среднего Востока, Индии, Китая, ряда стран Африки и Латинской Америки ошибочны, потому что не учитывают последствия экологического кризиса, в частности — нехватку воды (в том числе пресной), опустынивание почв и разрушение инфраструктуры.

2. Для всех развивающихся стран и тех стран, которые ещё не успели встать на этот путь, единственная возможность сохранить в ходе кризиса хотя бы часть населения — это экспансия, военная или экономическая, то есть прямой захват ресурсов у соседей (пример — арабо-израильский конфликт из-за Тивериадского озера). А значит, мировое сообщество должно быть готово к таким конфликтам;

3.Значительная часть нетронутых природных ресурсов, в том числе запасов пресной воды и неистощённых почв находится в России. Это говорит о том, что в скором будущем нас ожидает немало конкурентов, которые захотят овладеть этими богатствами. А  друзей и союзников в период экологического кризиса не бывает.

Ситуация крайне сложная: решение проблемы невозможно никакими методами — ни технологическими (развитие технологий), ни военными (уничтожение противника), ни политическими (создание системы копромиссов).

В сложных системах особенность критических точек (точек бифуркации)— в том, что они создают возможность значимых последствий в результате сверхмалых воздействий. Феномен таких воздействий был открыт ЭдвардомЛоренцом и называется «эффектом бабочки». Смысл в том, что, образно выражаясь, взмах крыльев бабочки в нужное время и в нужном месте в силах породить ураган в Южной Атлантике.

Фактически единственная реальная форма защиты существования как своей страны, так и Земли в целом — в управлении экологическим кризисом, которое заключается в воздействии на системы ценностей лиц, принимающих решения в странах, максимально влияющих на состояние природы мира. В идеале системы ценностей элит должны «вырасти», если взять за пример роста возвышение потребностей согласно «пирамиде Маслоу».

Метод управления экологическим кризисом — это выдача математически выверенных прогнозов развития страны (региона, континента) в недалёком будущем (до 2050 года), с обязательным учётом воздействия экологического кризиса. Тогда и все жители смогут получить достоверную информацию о развитии окружающего мира и своём месте в нём.

Для национально ориентированных элит, которые к тому же являются приверженцами потребительской системы ценностей, информация о «пределах роста»,экологическом кризисе и его последствиях говорит только об одном: ни у нас, ни у наших народов нет будущего. На самом деле будущее есть. Но для этого надо отказаться от консьюмеристской системы ценностей и понять, что старая философия развития, которая прежде всего требовала количественного роста всего и везде и ставила проблемы экологии на самое последнее место, — такой подход к будущему уже невозможен.

Надо выбирать другую систему ценностей, как это сделала, например, Япония в эпоху Мейдзи (1868–1873).

На Ваш взгляд, требуются ли новые реформы нашему законодательству?

Самый легкий вопрос. Требуется всего одна реформа – полная ликвидация всех государственных предприятий. Любое производство, так же как и  любая собственность, должны находиться в частных руках. За государством – остается сфера контроля и обеспечения правопорядка, а также взимания налогов для поддержки малоимущих.

Оцените, пожалуйста, так называемую «мусорную реформу». Ее внедрение, качество проводимых государством мероприятий и акции протеста, связанных с несогласием граждан платить высокие налоги региональным операторам, низкое качество оказываемых операторами услуг, строительство новых полигонов и заводов для переработки мусора.

Почему-то бытует такое мнение, будто все проблемы «мусорной реформы» — в не налаженной пока еще системе раздельного сбора отходов. На самом деле проблемы раздельного сбора мусора никогда не существовало.  Есть проблема нехватки перерабатывающих мощностей, связанная с отсутствием устойчивого сбыта на большинство товаров из вторичного сырья.  Фактически успешно реализовываются отдельные фракции макулатуры, стеклобой, почти все виды пластика, искуственный щебень, в том числе – бой кирпича, все виды металлов, в последнее время – ветошь.
Люди по — прежнему имеют право разделять мусор и сдавать его разным фирмам —  либо бесплатно, либо с получением возмещения за потраченый труд и время. Но бесплатно этого делать никто не обязан, а любые законодатели, решившие вменить это населению в безвозмезную обязанность, будут привлечены к суду. Для охраны среды разделение бытового мусора с последующей переработкой играет незначительную роль, так-как общие объемы коммунальных отходов составляют всего 3-4 % от общего количества отходов хозяйства страны.

Сейчас государство планирует поддерживать и стимулировать бизнес, который придет в мусорный кластер и бизнес, который будет строить новые мусороперерабатывающие заводы. Поддержка — субсидии по процентным ставкам банков и компенсация части прямых затрат на строительство. Но, к сожалению, как и всегда у нас, чиновники пытаются применить зарубежный опыт. Опыт зарубежных стран показывает, что более полувека назад мусор было выгодно сжигать – растущие города нуждались в энергии, а утилизация золы для страны, имеющей выход к океану, не представляла тогда проблемы. Такой опыт нам не подходит – как в силу слабой производственной дисциплины в нашей стране, так еще и потому, что регион наш является энергоизбыточным и строить новые мощности для производства энергии нам незачем – энергию будет некуда продать.

 Лучший для нашей страны опыт создания промышленности по переработке отходов – это отечественный опыт. Пример других стран нам мало подходит. Там другая производственная дисциплина, другая стоимость вторичного сырья, другие запросы – нам, к примеру, нужно много искусственного щебня, а в Швеции нужна тепловая энергия. По развитости технологий полной переработки отходов наша наука – одна из передовых в мире.
Государственная поддержка нужна только для того, чтобы на предприятия по переработке отходов было бы направлено достаточное количество этих самых отходов.

Наилучший способ переработки отходов – это их сепарация на фракции вторичного сырья (бумагу, пластик, металлы, стекло), переработка каждой фракции в отдельности (тут способов столько, что их невозможно перечислить), и в последующем — измельчение того, что осталось («хвостов», если использовать термин горняков), обеззараживание получившейся гомогенной смеси, соединение со связующими и литификация, то есть , превращение в безвредный нерастворимый камень с твердостью известнякового гравия. Это самый дешевый способ превращения отходов в товар. К тому же искуственный щебень всегда имеет спрос на рынке, то есть его продажа сделает мусоропереработку прибыльной производственной отраслью и выведет её из сферы обслуживания. Таким образом, в перспективе жители будут получать плату за то, что сдали мусор на переработку, а не платить за его вывоз со двора. Сейчас опыт литификации внедряется специалистами ООО «Новый Свет-ЭКО», создающими первый в стране завод по полной переработке мусора.

За последние годы специалистами ООО «Новый Свет-ЭКО» отработаны технологии глубокой переработки различных видов отходов, в том числе внедрены наилучшие доступные технологии, такие как:

— литификация фильтрата, то есть утилизация фильтрационных вод в безопасный инертный материал, который можно использовать для собственных нужд полигона, а также в дорожном строительстве;

— производство 4-х видов топлива из отходов, в том числе рдф, топливные брикеты из биоразлагаемых фракций, жидкое топливо, рдф-кокс (аналог коксового угля), пригодных для применения в котельных, ТЭЦ, цементной и иных областях промышленности;

— производство топливной щепы из древесных отходов для использования в котельных;

— утилизация полимерных отходов в рамках производства изделий из полимер-песчаного композита для благоустройства территорий и иных отраслей народного хозяйства: скамейки, люки, ограждения, тротуарная плитка и прочее;

сбор свалочного газа для уменьшения пожароопасности и снижения неприятного запаха с тела полигона.

Технологии и современные решения, применяемые Компанией позволяют перерабатывать до 80% отходов, превращая мусор в товар.

Указанные проекты реализованы не только на бумаге, но и в «металле» — производственные участки сформированы и готовы к эксплуатации. Остается открытым вопрос с выбором территории для размещения такого рода экотехнопарка. Его решение потребует согласования администрации региона, проведения экспертиз и публичных обсуждений проекта в соответствии с нормами действующего законодательства РФ.

Подобные экотехнопарки, мощность которых будет достаточна для переработки всех видов бытовых оходов, образующихся в двух регионах, планируются к открытию и Региональным оператором в Ленинградской области.

Таким образом, ближайшая перспектива решения пресловутой «мусорной проблемы» будет заключаться в создании коммерческих производств, выпускающих из мусора продукт, имеющий устойчивый спрос и перевода всей «мусорной отрасли» из сферы обслуживания в сферу товарного производства. Настанет день – и мы будем не платить за вывоз мусора с наших дворов, а получать деньги за сдачу сырья на мусороперерабатывающий завод.

 

Как Вы считаете, «лицом» города является не только ее архитектура, но и экология? Исходя из Вашего огромного опыта, Вашей работы, оцените экологическую обстановку Санкт-Петербурга.

История развития нашего города для непредвзятого исследователя предстаёт пунктиром движения слепой мыши по лабиринту. Если мышь и миновала на своём пути пару — тройку тупиков, то просто из — за недостатка времени. В результате сейчас мы дальше от модели идеального города, чем во времена Петра. Живая плоть обдуваемых европейским ветром царских палат на болоте обросла гранитным экзоскелетом, и при попытке подправить линии городской судьбы камни начинают кровоточить…

Стало как — то нечего произносить, глядя из окна Эрмитажа на Петропавловскую крепость или стоя за кафедрой Большого зала Императорского Географического общества. Исчезла адекватность мыслей и поступков горожан окружающей их культурно — исторической среде. Направлять эскадры на помощь аболиционистам, основывать колонию на Мадагаскаре, ехать проверять, “бьётся ли ещё сердце Азии” и существует ли Шамбала, стало несколько неловко. Пожалуй, из великих задач, поставленных русской литературой, одна и уцелела всего — освобождение своей родины от “внутренних турок”, пользуясь выражением Добролюбова. И правда, куда же нам без них…

…Задуманный, как сцена, где ежедневно разыгрывается пьеса из настоящей, достойной, сильной, весёлой и злой жизни для всего (по умолчанию сидящего в партере) мира, город затих. Вначале его покинули антрепренёры, за ними — авторы пьес. Замолчали оставшиеся без текстов актёры. Дольше всех держался оркестр. Ещё работают осветители, и монтёры сцены, столярка, костюмерная и бухгалтерия. Но смысла в этом, по большому счёту, нет. Самые дорогие декорации в Европе простаивают, находя иногда применение в съёмках бандитских телесериалов.
Что же нужно нам от города — и почему город, ожидая от нас соответствия себе, обманывается в своих ожиданиях?

Город должен быть в первую очередь — Домом. Сосредоточением спокойствия, надёжности и уюта. Местом, где есть защита, тепло, кров и пища. Местом, дающим силу. Местом, где хорошо. Местом, где объективная бессмысленность жизни ощущается хотя бы не так явно.

Декорации чужой пьесы домом быть не могут. В нашем городе многое лишь нарисовано. Обозначенные символами явления обрели бы плоть, если бы к тому была человеческая воля. Та воля режиссёра, которая придаёт бутафорскому папье — маше каменную твёрдость. Но нам не до наступления на реальность. Нам бы оборонится от давления ставшей враждебной окружающей среды. От неизбывных запахов сортира и помойки, от изматывающих шума и скрипа, жлоба — соседа, потной давки в метро, постоянного созерцания уродства вокруг — в душах, телах, поступках и мыслях сограждан, уродства, понятного в любом промышленном центре, но невероятного на фоне театрального имперского задника.

Разумеется, на это есть свои, объективные причины. Попробуем же разобраться в них подробнее и составим реестр того, что же нам мешает жить.

Европейские города, ориентированные на господствующие западные ветра, имеют элитные жилые районы на своей западной стороне, а индустриальные, с дешевым жильем — на восточной. В Петербурге на западе лежало болото, плавно переходящее в пресное море. Элитные районы ограничивались узкими продуваемыми полосами, протянувшимися вдоль русел Невской псевдодельты. Сейчас, когда по набережным перекатывается непрекращающейся даже на ночь поток автомашин, и эти районы потеряли привлекательность. Чистый воздух остался на Крестовском острове, и то — временно, до введения в строй Западного Скоростного Диаметра, прокладываемого по морскому периметру, от Лахты до Автово.

Более 80% загрязнения воздуха дают именно автомобили. Более 80% патологических изменений человечьего плода во время вынашивания вызвано загрязнением воздуха. Успеваемость учащихся, живущих на первых этажах окнами на улицу, ниже, чем у сверстников, живущих в квартирах окнами во двор. Агрессивность и преступное поведение жестко связано с избытком в организме свинца, поступающего в воздух, в частности, при сгорании этилированного бензина. Город сопротивляется удушью – этилированный бензин запрещен к продаже, кольцевая автодорога, призванная оградить жилые районы от транзитного транспорта, строится, к нам импортируются очищенные на заводах Европы бензин и дизельное топливо, но положение не улучшается.
Как грязным воздухом дышат практически все горожане, вне зависимости от имущественного положения, так и невская вода по водопроводу поступает во все квартиры. Да, в некоторых домах стоят мощные фильтры водоподготовки, а все, кто может себе это позволить, покупают чистую воду в магазинах. Но 90% жителей Санкт-Петербурга пользуются водопроводной водой, иногда трогательно пытаясь ее очистить с помощью бытовых фильтров. На самом деле это практически бесполезно. Наши водопроводные трубы изнутри покрыты ржавчиной и слоем осклизлой дряни. В Неве в последние 3 года резко ухудшилось качество воды – видимо, как плата за подъем промышленности. Ладожские микроскопические обитатели озерной стоячей воды, все эти рачки и водоросли, за последние годы подразмножились. Попадая в Неву, они умирают, потому что в проточной воде жить не могут, и чистая ладожская вода превращается уже у города Кировска в протухший трупный бульон, газированный кавитационными пузырьками.

Большинство городов России за последние 20 лет перешло на водоснабжение из подземных источников. В Петербурге это невозможно. Вода под городом на глубине в сто пятьдесят метров есть, но – соленая. Солонее, чем в Финском заливе. Поэтому в наш водопровод поступает вода, которая более чем 15 лет назад покинула какое — нибудь болото в Заонежье или под Новгородом и затем последовательно отстаивалась в Онеге или Ильмене и Ладоге. Сине-зеленые водоросли, постоянные обитатели рек и озер, насыщали эту воду своими токсичными выделениями; сельское хозяйство подкармливало их своими стоками; промышленность добавила тяжелые металлы; с канализационными сбросами в воду попали бактерии.

А между тем по берегам рек и озер, в оврагах и болотах растут горы мусора. Не то чтобы городской мусор некуда было девать – но ведь за размещение его на полигонах по захоронению бытовых отходов и мусороперерабатывающих заводах надо платить – а ведь как хочется сэкономить, купив липовую бумажку о вывозе куда положено мусора или токсичных отходов и скинув его в ближайшую яму, которая, скорее всего, связана с водоносным горизонтом. Так во Всеволожском районе оказались не пригодны для использования более половины колодцев и подземных источников.

Перебои с вывозом мусора, особенно в выходные и праздничные дни – проблема, знакомая обитателям любого района Петербурга. В частности по этой причине попытки строительства так называемых “элитных” домов заранее обречены на неудачу. В историческом центре эти дома возникают по соседству с трущобными районами, населенными потомственными маргиналами. Одни и те же системы отопления, водопровода и электроснабжения, общие воздух, мостовая и умирающий тополь на перекрестке – для хозяина процветающей фирмы из дома с консьержем и продавщицы хозмага из дома без консьержа. Такой же пирог из обитателей различных социальных слоев представляли собой дома Петербурга до массового внедрения лифтов. В одном и том же доходном доме богатые люди жили на вторых этажах окнами на проспект или первый двор (который с садом), а чем выше надо было подниматься – тем беднее становился люд, чем дальше во дворы-колодцы — тем больше там китайцев – эмигрантов. Тогда их охотно брали в прислугу – мода была, кажется, такая. Потом, в изменившихся временах, из них сформируют карательные интернациональные “части особого назначения”.

Закономерный итог совмещения несовместимого — борьба до уничтожения одной из сторон.

Беда Петербурга, собственно, в том, что места для создания элитных районов со здоровой средой обитания в городе практически нет. А значит, нет надежды на появление здорового и сильного поколения, готового поставить перед собой задачи, достойные своего города.

Разумеется, Петербург погубила индустриализация. Несколько оправдывает лиц, ответственных за судьбу города, то, что они до последнего сопротивлялись размещению в столице мощных производств. Вынужденный перелом произошел во время Крымской войны, когда промышленник Путилов приступил к массовому выпуску канонерских лодок, необходимых для обороны города. Но потом, как следствие, появились металлургические заводы, высокие трубы, рабочие кварталы, массовое строительство доходных домов ….

Петербург окруженных парками особняков исчез навсегда. Промышленность давно уже не “кормит” город. “Реальный” сектор экономики неуклонно сокращается. Заводы выселяются в область, а то и вовсе закрываются. Но последствия индустриализации для городской среды, причём не только экологической, но и социальной, в ближайшие 2-3 десятилетия, будут, видимо, непреодолимы.

Категория: Around
Тэг:

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *