Год Экологии: проблемы и решения

16.01.2016 13:22
автор: ecoleaks

Как сделать так, чтобы объявленный президентом Год Экологии не превратился в профанацию и очередную трату денег на показуху? Об этом беседуем с председателем Северо-Западной общественной организации «Зеленый Крест», Юрием Шевчуком

Год экологии

Юрий Сергеевич, в каком состоянии находятся природные комплексы нашей страны?

Положение крайне тяжелое.  Почти треть сельскохозяйственных земель сейчас деградирована или находится под серьезной угрозой, а более 70 млн. гектаров потенциально пахотной земли заброшено.

Реки мелеют и загрязняются. Мелеют, положим, по всему миру, но от загрязнения можно избавиться. Дошло до того, что в России стало не хватать чистой воды. В настоящий момент прогнозируется дефицит в размере 30-40 млрд. кубометров  устойчивых водных ресурсов для удовлетворения потребностей экономики к 2030 году.
В Российской Федерации уже скопилось свыше 90 млрд. т. бытовых и промышленных отходов. Полигоны заполнены в среднем по стране на 60-90%. Система переработки отходов в масштабах страны не создана. Объем отходов животноводческих предприятий и птицефабрик в виде навоза, помета и сточных вод составляет около 750 млн.м3/год, а под хранение этих отходов, включая и отходы от горной добычи, занято более 40 млн. гектар земли. Стоки малых городов, проходя через переполненные, построенные еще в 50-х годах лагуны-котлованы, неочищенными поступают в водоемы. Большая часть очистных сооружений в малых городах, которые должны очищать канализацию, не работают вообще или нуждаются в коренной реконструкции. В городах наблюдается высокий уровень загрязнения воздуха, уровень концентрации твердых частиц в десятки раз превышает подобные показатели в Европейском Союзе. Согласно оценкам, загрязнение воздуха является причиной до 60 тысяч преждевременных смертей в год. Фактически более половины населения нашей страны дышит воздухом, опасным для здоровья. Образно говоря, мы живем не в комфортабельных городах, а на территории вредного производства.

Что является причиной такого положения дел?

Первая, она же – основная причина этого: бедность. Наша страна далеко не так богата, как многим кажется. Ведь мало что-то иметь – надо это еще и продать. Да, к примеру, в отвалах Бокситогорского глиноземного завода лития больше, чем добывается всем человечеством за сто лет – так ведь его ещё надо извлечь из отвала, превратить в изделия и продать потребителям. А для этого опять-таки нужны средства. У нас в Петербурге и Ленинградской области в среднем валовой региональный продукт на душу населения – 400 тысяч рублей в год. Это общая стоимость товаров и услуг, произведенных в двух регионах, поделенная на количество населения. Она подсчитана еще до всех, возможно, нерациональных, бюджетных трат, коррупции, военных расходов и так далее, которые от неё надо отнять. А по социологическим опросам, чтобы «жить нормально», на каждого члена семьи должно приходиться не менее 50 тысяч рублей в месяц – 600 тысяч рублей в год. То есть, «всеобщего благосостояния» быть не может по объективным причинам. Причина низкого объема валового продукта общеизвестна – это низкая производительность труда, составляющая в среднем 20% от уровня США, обусловленная как субьективными, так и объективными причинами, в основном – большими издержками на преодоление климатических условий. И себестоимость добычи полезных ископаемых в Сибири выше, нежели на Аравийском полуострове, и изнашиваемость дорожного полотна выше, и хорошие дома на вечной мерзлоте строить практически невозможно… Отсюда же и невозможность в обозримые сроки решить экологические проблемы. Например – для модернизации всех канализационных очистных сооружений в малых городах Ленинградской области вместе с прокладкой коллекторов требуется более 100 миллиардов рублей. Это примерно сопоставимо с годовым бюджетом региона. Рекультивация полигона «Красный Бор» с переработкой накопленного объема отходов составит, по некоторым подсчетам, 60 миллиардов рублей. И так далее.

Вижу, мы плавно перешли к проблемам Северо-Запада. Какие экологические проблемы характерны для Санкт-Петербурга и Ленинградской области?

Для Питера – исторически сложившееся еще с 18 века загрязнение почвы промышленными отходами и свалочными массами, достигающее превышения предельно допустимых концентраций в десятки раз. В результате трава и деревья забирают из почвы вредные вещества и накапливают в себе, так что опадающая листва имеет признаки отходов третьего класса опасности. Вторая проблема – загрязнение воздуха, которое мы, собственно, списываем на автомобили, и напрасно – подсчеты показывают, что до такого состояния автомобили воздух загрязнить не могут, им просто не хватит места на улицах города. К сожалению, у нас по законодательству не учитывается загрязнение воздуха от биологических источников – людей, деревьев и домашних животных, а также газовых плит. А ведь эти источники загрязнения дают половину выброса углекислого газа, метана и сероводорода, которые присутствуют в городском воздухе. В Ленинградской области главная проблема, как я и сказал, загрязнение вод, как поверхностных, так и подземных, в основном – из-за плохой работы очистных канализационных систем именно бытовой канализации, в промышленности очистка сточных вод налажена удовлетворительно.

Возможно, многое можно сделать и без больших финансовых затрат? Например, наладить селективный сбор коммунальных отходов, пересесть всем на велосипеды… 

Общий объем отходов, образующихся в Санкт – Петербурге и Ленинградской области – промышленных, коммунальных, строительных, животноводческих, от лесозаготовок, и так далее – составляет примерно 15 млн. тонн в год. Из них коммунальных – примерно 20%. Разумеется, селективный сбор, а также сепарация отходов на станциях перегруза может уменьшить объем захораниваемых коммунальных отходов – по мнению специалистов, на 30%. Но это означает уменьшение общей массы отходов всего на 1 млн. тонн, что не решает проблему. Общественный экологический Совет при Губернаторе Ленинградской области разработал Конепцию полной утилизации всего вторичного сырья. Теперь мы знаем, с помощью каких технических решений мы можем полностью переработать все отходы в товарный продукт. На создание таких производств не требуется бюджетных средств, потому что они будут приносить инвесторам прибыль. Такие предприятия уже создаются и мы надеемся, что к концу 2016 года 40% совокупных объемов отходов двух регионов будет перерабатываться в товарный продукт. Тормозит дело отсутствие развитого рынка сбыта продукции, получаемой из вторичного сырья. Например, есть технология и даже опытное производство быстрой переработки навоза и птичьего помёта в удобрение. Мы в теории знаем, как переработать все 5 миллионов тонн этой органики в полезный и безопасный продукт со скоростью, сопоставимой со скоростью его образования на птицефабриках и фермах. Но куда девать эти 7 миллионов тонн полученного удобрения? Это много больше того, что нужно всему Северо-Западу, это – примерно в два раза превышает мировые объемы торговли органическими удобрениями.  Повторюсь, главное-не произвести, главное – продать.  Что же касается «велосипедизации» движения в Санкт-Петербрге, то следует иметь в виду, что физические нагрузки в загрязненной атмосфере не помогают, а, напротив, вредят здоровью, вызывая серьезные заболевания легких. Поэтому по улицам нашего города велосипедистам рекомендую передвигаться только в респираторах. При этом такие жертвы могут оказаться напрасны — даже если 10% автомобилистов пересядет на велосипеды, это улучшит качество воздуха всего на 4%. Много лучше действует переход автотранспорта на новые, высококачественные, сорта бензина и газовое топливо.

В чем же все – таки причина такого положения дел?

Основная – это, конечно, наличие пятимиллионного города в очень уязвимом с точки зрения экологии, месте – тут и конец тысячекилометровой водной цепи, по которой вода движется от родника в Карелии до Петербурга примерно 14 лет, и наличие вокруг Питера «болотного пояса», не дающее создать полноценную систему городов-спутников и расселить население в незагазованную часть Ленинградской области; и общее положение дел в стране, когда нормально зарабатывать можно лишь в больших городах… Город фактически идейно обанкротился – вся эта концентрация населения, долженствующая создать условия для прорыва в науке и культуре, завершилась в лучшем случае имитацией научного и культурного процесса. Если рассматривать экологический план, то банкротство города заключено в том, что он не смог придумать и внедрить механизмы, минимизирующие его негативное влияние на окружающую среду. Если, конечно, не считать замену тепловой энергетики на атомную, которая, при условии безаварийной работы, дает, разумеется, меньше выбросов, чем дровяное отопление в квартирах в 60-е годы в Питере. Либо городу «не по карману» эти механизмы сделать реальностью, создав, к примеру, систему полной переработки своих собственных отходов всех видов.

Вы в основном говорите, как решить проблемы кардинально. Между тем понятно, что к окончанию «Года экологии» просто времени не хватит хотя бы одну проблему решить полностью и навсегда. Но, вероятно, что – то все же можно сделать? И что по  силам обычному человеку, не обремененному должностями и учеными званиями, но желающему принести пользу окружающей среде?

— До 2018 года можно успеть главное — изменить свое отношение к природе. Понять, что это и не храм, и не мастерская, а совершенно самостоятельная сущность. Она не дана нам в потребление, она имеет право на жизнь не меньшее, чем человечество. Мы должны поменьше брать из неё; и побольше давать.
Мы должны понять, что экономика, история, культура – всё, что мы называем словом «цивилизация» – жестко заданы природными условиями, в которых цивилизация развивается. Мы должны понять, что нашествие кочевников вызвала не злая воля Чингиз-хана, а изменение в направлении движения циклонов. А еще мы должны хотя бы в школьной программе согласовать данные экологии и других наук. Потому что совершенно абсурдно звучит, когда на уроке истории рассказывают про средневековый климатичекий оптимум, а потом на уроке экологии объясняют потепление климата сжиганием ископаемого топлива, которого, конечно же, не могло быть в средневековье. Или, рассказав о законе Архимеда, учительница тут же говорит, что если морские льды растают, то уровень Мирового океана повысится… Или вначале рассказывается, что до выхода жизни на сушу в атмосфере нашей планеты было кислорода больше, чем сейчас, а потом говорится, что кислород в атмосферу поступает от деревьев… В общем, в экологии масса мифов, которыми пользуются недобросовестные «защитники природы» — возможно, с самыми добрыми намерениями. Но пропаганду добра нельзя строить на обмане.

Если хотите помочь природе – сохраните чужие жизни. Помогите домашним зверям. Поработайте в приютах для диких зверей, попавших в беду. В эти морозные дни не ждите глобального потепления, а покормите птиц. Если хотите сажать деревья, не пытайтесь это делать самостоятельно – обратитесь в ближайшее лесничество, там будут рады добровольцам. И я знаю, что десятки тысяч людей, наших сограждан,  постоянно делают такие вот маленькие, но очень нужные дела.

 

До 2017 года, объявленного Президентом нашей страны годом экологии, пока далеко – почти целый год. Но планы на этот знаменательный для зеленого движения год надо составлять уже сейчас. Мы предлагаем всем желающим направить свои предложения в Северо-Западный Зеленый Крест – а мы постараемся сделать так, чтобы они вошли в региональные программы проведения Года Экологии по Северо-Западу России

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *