«Зеленое» движение в СССР. Часть II. Большие надежды

28.03.2013 18:21
автор: ecoleaks

Продолжение очерка развития «зеленого» движения в СССР

По кругу. В период перестройки «зеленые» подались в политику. Это было закономерно: тогда все туда шли. Закономерно и то, что для всех, как и для «зеленых» это практически ничем не закончилось. Фото Эрика Йоханссона

По кругу. В период перестройки «зеленые» подались в политику. Это было закономерно: тогда все туда шли. Закономерно и то, что для всех, как и для «зеленых» это практически ничем не закончилось. Фото Эрика Йоханссона

С гипертрофированностью развития оперативного направления в «зеленом движении», сопровождающимся дальнейшей деградацией среды обитания, стало ясно, что если положение не изменить, то вскоре в движении останутся только те, кто в силу малого интеллекта не может осознать это противоречие. В дальнейшем они просто пошлют подальше высоколобых теоретиков и будут бродить по лесам, собирая взятки с нарушителей. Требовались иные кадры для движения, иной вид общественного участия.

В самом начале перестройки появились «добровольные помощники» — в основном для реставраторов исторических памятников, но были и те, что убирали мусор по лесам. Я и сам поучаствовал в трех-четырех таких коллективных уборках, чтобы понять, есть ли тут перспектива по развитию общественной инициативы. Мне показалось, что это тупиковый путь. Люди, участвующие в субботниках, очень быстро начинают замечать, что мусора не убавляется и на полупьяных пикничников их пример что-то не слишком действует. И тогда они либо переходят к оперативной работе, либо просто бросают это дело.

В 1986 году мы участвовали в работе Центра творческих инициатив. Его придумал и практически в одиночку создал Сергей Пилатов, тогда – сотрудник Горкома ВЛКСМ. Ему помогали работавшие там же Светлана Агапитова, Алексей Измайлов, Любовь Абрамова и сотрудник Обкома ВЛКСМ Владимир Ульянов. В Центр мы смогли привлечь практически все творческие и общественные силы, подходившие тогда под определение «неформалов», в частности – группу «Спасения памятников истории и культуры» под руководством Алексея Ковалева, ныне – видного ученого и депутата Законодательного Собрания Санкт – Петербурга многих созывов. Я создал группу «Бюро экологических разработок». Главной нашей разработкой было решение кадрового вопроса «зеленого движения», но об этом, естественно, я никому не говорил. Мы пытались объединить культурные инициативы и борьбы за охрану природы, но эксперимент вышел неудачным. Большего успеха на этом поприще достиг Алексей Лушников, тогда фактически возглавлявший созданное Даниилом Граниным общество «Милосердие», сумевший привлечь к своей работе творческие и богемные круги Ленинграда. Эксперимент с БЭР изжил себя где-то году в 88-м, но Бюро продолжало по инерции функционировать до 1993 года.

Между тем начались попытки создания Партии Зеленых. В Ленинграде этим занялись комсомольские активисты, в Поволжье – анархисты, в том числе – Сергей Фомичев, живущий сейчас в Киеве и пишущий хорошие фантастические романы. Мне всегда казалась странной политическая деятельность «зеленых». Вначале, наверное, следовало бы определить социальную базу партии и решить, почему любители природы решат за нее голосовать… Как бы то ни было, все попытки политической деятельности «зеленых» оканчивались набором 2% голосов на республиканских выборах. В то же время «зеленое движение» явно имело политический потенциал. Оно вообще было самой отмобилизованной частью гражданского общества позднего СССР.

Я решил поставить эксперимент в общероссийском масштабе и этот потенциал раскрыть. Для чего надо было посетить как можно больше городов, встретиться лично с местными «зелеными» лидерами и убедить их развернуться лицом к политической жизни, использовав как трамплин, любую более-менее близкую по духу политическую силу, не дожидаясь успеха «зеленых политиков». На подготовку эксперимента ушло два года. С самого начала было понятно, что перелеты и пребывания в гостиницах отпадают – я бы хотел ездить с командой, далеко не везде можно было найти ночлег для всех, не говоря уже об аудиториях для встреч, и к тому же объехать за одно путешествие 40 городов было бы очень тяжело физически. К тому же вначале надо было договориться, чтобы нас ждали, а значит, посылать впереди себя еще одну группу… Выходом стало использование комсомольского агитационного поезда. Вообще-то в СССР их было три. Мы использовали один, самый лучший, усилив его вагоном из второго поезда. Итого в составе получилось 12 вагонов, не считая передвижного дизеля – электростанции (далеко не везде в Советском Союзе железные дороги были электрифицированы). Наша команда разместилась в двух жилых вагонах, каждому было предоставлено одноместное купе. Еще в двух вагонах размещался экипаж поезда. Также в поезде был бытовой вагон с душем, сауной, прачечной и лазаретом, вагон-ресторан, вагон – видеосалон, вагон-лекторий, вагон-салон для переговоров, вагон – спортзал с тренажерами, вагон-библиотека, вагон- клуб, где проводились дискотеки по выходным… Я очень благодарен и экипажу этого поезда, и участникам нашего путешествия – в особенности, бардам Александру Черкасову, ныне, к величайшему сожалению, покойному, и Валерию Куранову из творческого объединения «Этап». Мы ездили на этом поезде три раза – две поездки были пробные, в 90-ом году; одна – полномасштабная, от Мурманска до Ташкента, в 91 –ом, сквозь разваливающуюся страну, сквозь тяжелую ненависть, уже захлестывающую людей, мимо пустых полок магазинов, мимо сепаратистов, мимо растерянных партаппартчиков… Встретившись с массой «зеленого» народа и проследив за их последующими действиями, я смог «на выходе» констатировать, что в выборах начала 90-х наши люди участвовали, и многие победили и вошли во власть. Правда, впоследствии они из этой власти были в большинстве своем вытеснены – но это уже другая история.

В 1988-1989 годах были созданы два общероссийских движения – Российское Зеленое Движение и Социально-экологический союз. Второе основывалось на проверенных биологических дружинных кадрах. Я был на первом съезде СоЭС. Мне показалось, что эта инициатива не интересна – сразу были видны и достоинства, и недостатки вновь создаваемой организации… СоЭС существует и по сей день – даже перешел в разряд международной организации.

Куда как больший потенциал я увидел в Российском Зеленом Движении, куда меня пригласил его основатель Олег Максимович Попцов. Тогда он работал главным редактором журнала «Сельская Молодежь». Из природоохранных мероприятий за этим журналом числилась всесоюзная экспедиция «Живая вода», действительно, очень стоящее дело.

Первый съезд мы готовили в течение года и собрали довольно хорошую команду со всей страны. В руководстве РЗД были, ставшие впоследствии известными политиками, такие люди, как Е.Т. Гайдар и В. И. Данилов-Данильян. У РЗД было хорошее лобби во властных структурах России. В общем, мы уже тогда понимали неизбежность обрушения Союза и перехода всей полноты власти в руки республиканских органов. Плохо было то, что как только это произошло, московские кадры РЗД пошли во власть и практически (кроме Данилова–Данильяна, ставшего министром охраны окружающей среды и природных ресурсов РФ) больше не занимались экологией. О.М. Попцов стал руководить ВГТРК, и ему также было очень сложно заниматься РЗД. Движение просуществовало до середины 90-х, было выпущено много теоретической литературы, выходил журнал «Евразия», где я регулярно печатался, под руководством Виктора Ярошенко (сейчас Виктор Афанасьевич выпускает журнал «Вестник Европы») — в общем, у меня остались о работе в РЗД хорошие воспоминания.

В провинции дело обстояло примерно так же. Активист движения зеленых Николай Калинкин стал председателем Екатеринбургского областного совета Всероссийского общества охраны природы и депутатом Екатеринбургского облсовета, в Уфе — активист Движения Николай Смотров становится депутатом горсовета и заведующий отделом охраны природы мэрии; Саратов — председатель клуба «Эколог» Николай Макаревич — председателем облсовета, Орск — «зеленый» Виктор Крамарь — председателем горсовета, Оренбург — лидер «Зеленого комитета» Тамара Злотникова — председателем Областного комитета охраны природы, затем – депутатом ГосДумы РФ… Но этот успех был недолгим.

В конце 80-х годов «Зеленое Движение» вырвалось из рамок студенческих дружин и приобрело опыт успешной работы. По наиболее мощным организациям Движения — в Мурманске, Петербурге, Херсоне, Киеве, Нижнем Новгороде, Казани, Уфе, Саратове, Волгограде, Липецке, Екатеринбурге, Оренбурге, Красноярске, Березниках, Алма-Ате, Пятигорске, Киришах, Новомосковске — мы имели значительное количество выигранных дел, заключающихся в прекращении (или предотвращении) локальных или региональных кризисных явлений в окружающей среде.

Движение получило идейных и практических союзников в лице Лиги зеленых партий, Ассоциации движений анархистов и московской организации Российской партии зеленых. Движение имело в своем распоряжении кадры, руководящие региональными отделениями, производственными и коммерческими структурами, информационной сетью, агентами влияния и так далее.

Но в то же время мы видели вокруг быстрый рост темпов ухудшения состояния окружающей среды, объективную невозможность в обозримом будущем изменить это положение, отсутствие материально-технических возможностей для предотвращения дигрессии окружающей среды на территории страны.

Видя, что обещания «зеленых», данные ими в ходе, например, предвыборной борьбы, не выполняются, общественное мнение начало отказывать «зеленым» в поддержке.

Пока шли заседания общероссийского масштаба и я размышлял над дальнейшей судьбой «зеленого движения», в стране, в полном согласии с ленинским тезисом о «революционном политическом творчестве масс» шло кипение и бурление. Кроме действительно вызванных трагедиями местных инициатив, таких, как остановка по требованию экологов производств в Киришах, Приозерске, Выборге, поднялось очень много пены. Любое собрание экологов осаждали ходящие почему-то босиком бородатые мужички, дамочки в развевающихся хламидах, увешанные фенечками подростки, сумасшедшие велосипедисты и иные поклонники здорового образа жизни… Вся эта пена исчезла в 92-ом году, когда с либерализацией цен и началом инфляции даже городские сумасшедшие сразу поумнели.

Но инфляция ударила и по нашим еще не устоявшимся структурам. Фактически все местные организации, с которыми я общался во время своих поездок по России, за 92-93 год прекратили свое существование.

Юрий Щевчук, председатель Северо-Западного Зеленого креста

Категории: AroundОрганизации

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *