Бум ветроэнергетики закончился

3.07.2019 19:16
автор: ecoleaks

В течение последнего десятилетия журналисты подавали переход Германии на возобновляемые источники энергии — так называемый Energiewende — в качестве экологической модели для всего мира

https___blogs-images.forbes.com_michaelshellenberger_files_2019_05_Der_Spiegel_19_2019__Murks_in_Germany_-e1557129149572

«Многие бедные страны, когда-то намеревавшиеся построить электростанции, работающие на угле, для обеспечения электричеством своих граждан, обсуждают, могут ли они перепрыгнуть через ископаемую эпоху и сразу построить чистые сети» благодаря Energiewende, писал репортер New York Times в 2014 году.

Под влиянием Германии ООН и Всемирный банк вложили миллиарды в возобновляемые источники энергии, использующие силу ветра, солнечную и гидроэнергию в развивающихся странах, таких как Кения.

Но затем, в прошлом году, Германия была вынуждена признать, что ей пришлось отложить отказ от угля и не выполнить свои обязательства по сокращению выбросов парниковых газов в 2020 году. Она объявила о планах снести древнюю церковь и свести лес, чтобы добыть уголь под ними.

После того, как инвесторы и защитники возобновляемых источников энергии, включая Эла Гора и Гринпис, раскритиковали Германию, журналисты встали на защиту страны. «Германия не достигла своих целей по выбросам отчасти потому, что ее цели были слишком амбициозными», — заявила одна из них прошлым летом. «Если бы остальной мир приложил лишь половину усилий Германии, будущее для нашей планеты выглядело бы менее безрадостным, — написала она. — Так что, Германия, не сдавайся. И — спасибо тебе».

Но Германия не просто не достигла своих климатических целей. Её выбросы остаются неизменными с 2009 года.

И вот в крупнейшем в стране еженедельном журнале Der Spiegel выходит большая статья под названием «В Германии мрак» («Murks in Germany»). На обложке журнала изображены разбитые ветряные турбины и недостроенные опоры линий электропередач на фоне темного силуэта Берлина.

«Energiewende — крупнейший политический проект со времени воссоединения — грозит потерпеть неудачу», — пишут Фрэнк Дохмен, Александр Юнг, Стефан Шульц, Джеральд Трауфеттер из Der Spiegel в своей статье из 5700 слов.

Только за последние пять лет Energiewende обходился Германии в 32 миллиарда евро (36 миллиардов долларов) в год, а в сельской местности Германии растет противодействие возобновляемым источникам энергии.

«Политики боятся сопротивления граждан, — сообщает Der Spiegel. — Едва ли существует проект ветроэнергетики, вокруг которого не идёт борьба».

В ответ политики иногда приказывают «прокладывать электрические линии под землей, но это во много раз дороже и продлится на годы дольше».

В результате развертывание возобновляемых источников энергии и связанных с ними линий электропередач быстро замедляется. В 2018 году было установлено менее половины ветряных турбин (743) по сравнению с 2017 годом, а в 2017 году было добавлено всего 30 километров новой трансмиссии.

Сторонники солнечной и ветряной энергетики утверждают, что более дешевые солнечные батареи и ветряные турбины сделают будущий рост использования возобновляемых источников энергии более дешевым, чем прошлый, но есть основания полагать, что скорее случится обратное.

Der Spiegel ссылается на недавнюю оценку, согласно которой увеличение солнечной и ветровой энергии в три-пять раз к 2050 году обойдётся Германии в «3,4 трлн евро (3,8 трлн долларов)», или в семь раз больше, чем было потрачено с 2000 по 2025 год.

В период с 2000 по 2019 год Германия увеличила производство возобновляемой энергии с 7 до 35% от своей генерации электроэнергии. И столько же возобновляемого электричества в Германии поступает от выработки его из биомассы, которая, по мнению ученых, загрязняет и ухудшает окружающую среду, как от солнечной энергии.

Из 7700 новых километров линий электропередач построены только 8%, в то время как крупномасштабное хранение электроэнергии остается неэффективным и дорогим. «Большая часть используемой энергии теряется, — отмечают репортеры проекта с большим количеством рекламы водорода, — и эффективность ниже 40%… Из этого невозможно разработать жизнеспособную бизнес-модель».

Между тем 20-летние субсидии, предоставляемые ветряной, солнечной энергии и биогазу с 2000 года, начнут заканчиваться в следующем году. «Бум ветроэнергетики закончился», — заключает Der Spiegel.

Все это поднимает вопрос: если возобновляемые источники энергии не могут обеспечить дешёвой энергией Германию — одну из самых богатых и технологически развитых стран в мире, как такая развивающаяся страна, как Кения, может ожидать, что они позволят ей «перепрыгнуть» из века ископаемого топлива сразу в эпоху «чистого»?

Самый ранняя и самая сложная идея 20-го века о возобновляемых источниках энергии принадлежит немцу Мартину Хайдеггеру, которого многие считают самым выдающимся философом 20-го века.

В своем эссе 1954 года «Вопрос о технологии» Хайдеггер осудил взгляд на природу как на простой ресурс для потребления человеком. Использование «современных технологий», писал он, «предъявляет к природе необоснованный спрос на то, что она поставляет энергию, которая может быть извлечена и сохранена как таковая… Сейчас воздух нацелен на добычу азота, земля — на добычу руды, руда — на добычу урана… чтобы дать нам атомную энергию».

Решение, утверждал Хайдеггер, состояло в том, чтобы спровоцировать человеческое общество и его экономику на ненадежные потоки энергии. Он даже осудил гидроэлектростанции за то, что они доминировали в природной среде, и похвалил ветряные мельницы, потому что они «не открывают энергию для ее хранения».

Это были не просто эстетические предпочтения. Ветряные мельницы традиционно были полезны для фермеров, в то время как большие плотины позволили бедным аграрным обществам развиваться.

В США взгляды Хайдеггера были подхвачены сторонниками возобновляемой энергии. Барри Коммонер в 1969 году утверждал, что необходим переход к возобновляемым источникам энергии, чтобы привести современную цивилизацию «в гармонию с экосферой».

Целью возобновляемых источников энергии было превращение современных индустриальных обществ в аграрные, утверждал Мюррей Букчин в своей книге 1962 года «Наша синтетическая среда».

Букчин признал, что его предложение «вызывает в воображении образ культурной изоляции и социального застоя, путешествия назад в историю к аграрным обществам средневекового и древнего миров».

Но затем, начиная примерно с 2000 года, возобновляемые источники энергии начали приобретать высокотехнологичный блеск. Правительства и частные инвесторы вложили 2 триллиона долларов в солнечную и ветряную энергетику и связанную с ними инфраструктуру, создавая впечатление, что возобновляемые источники энергии выгодны и без всяких субсидий.

Такие предприниматели, как Элон Маск, заявили, что богатая, высокоэнергетическая цивилизация может питаться от дешевых солнечных батарей и электромобилей.

Журналисты, затаив дыхание, сообщали о снижении стоимости батарей, представив себе переломный момент, когда обычные электроэнергетические компании будут «низвержены».

Но никакие масштабы маркетинговых уловок не способны изменить никудышную физику ресурсоёмких и землеёмких возобновляемых источников энергии. Солнечные фермы занимают в 450 раз больше земли, чем атомные электростанции, а ветряные фермы занимают в 700 раз больше земли, чем скважины, работающие на природном газе, чтобы производить такое же количество энергии.

Усилия по экспорту Energiewende в развивающиеся страны могут оказаться еще более разрушительными.

Новая ветряная электростанция в Кении, вдохновленная и финансируемая Германией и другими доброжелательными западными странами, расположена на главном пути перелетных птиц. Ученые говорят, что это убьет сотни находящихся под угрозой исчезновения орлов.

«Это одно из трех худших мест для ветропарка, которое я видел в Африке с точки зрения его способности убивать птиц, находящихся под угрозой исчезновения», — объяснил биолог.

В ответ разработчики ветропарка сделали то, что европейцы уже давно делают в Африке, а именно наняли организации, которые якобы представляют обреченных орлов и общины, чтобы сотрудничать, а не бороться с проектом.

Кения не сможет «перепрыгнуть» век ископаемого топлива с помощью ветряной электростанции. Напротив, вся эта ненадежная энергия ветра может повысить цену на электроэнергию и сделать и так медленный выход Кении из нищеты еще более медленным.

Хайдеггер, как и большая часть движения за сохранение природы, вознавидел бы то, чем стал Energiewende: оправдание уничтожения природных ландшафтов и местных сообществ.

Оппозиция возобновляемым источникам исходит от народов страны, которых Хайдеггер считал более подлинными и «приземлёнными», чем городские космополитические элиты, которые фетишируют свои солнечные крыши и штучки от компании «Тесла» как признаки добродетели.

Немцы, которые к 2025 году потратят 580 миллиардов долларов на возобновляемые источники энергии и связанную с ними инфраструктуру, очень гордятся Energiewende. «Это наш подарок миру», — сказал The Times защитник возобновляемых источников энергии.

К сожалению, многие немцы, похоже, полагали, что миллиарды, которые они потратили на возобновляемые источники энергии, окупятся. «Немцы тогда, наконец, почувствуют, что они превратились из разрушителей мира в 20-м веке в спасителей мира в 21-м», — отметил репортер.

Многие немцы, как и Der Spiegel, утверждают, что переход на возобновляемую энергию был просто «неудачным», но это не так. Переход к возобновляемым источникам был обречен, потому что современные люди индустриального мира, какими бы романтичными они ни были, не хотят возвращаться к образу жизни своих пращуров.

Причина, по которой возобновляемые источники энергии не могут привести в движение современную цивилизацию, заключается в том, что они никогда не предназначались для этого. Один интересный вопрос — почему кто-то когда-то подумал, что могут.

 

Майкл ШЕЛЛЕНБЕРГЕР (Michael Shellenberger)

 

Категория: Энергетика
Тэг:

Похожие Новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *